Тропы Темнолесья

Сквозь дремучие чащи, где каждый шорох был предвестником зла, а каждый пень — тенью мертвеца, Саснис и его спутники пробирались на восток. Ноги их были стёрты до крови, тела истощены голодом, а души изъедены страхом, который принёс Варгинс, пульсирующая рана земли. Дни сливались в безликий, серый кошмар, и каждый шаг был тяжёл, словно вековой камень на сердце. Они шли на грани безумия, ведомые лишь смутной надеждой на Радаскаймс — оплот жизни, который, по преданию, стоял непоколебимо среди древн...

И тогда Саснис, а за ним и его спутники, стали рассказывать. Слова вырывались из них словно камни из сердца, голос их дрожал, но в нём была такая сила истины, что каждый, кто слушал, чувствовал, как холод проникает под кожу. Они поведали о Варгинсе – городе, что стал пульсирующей раной, о звуке крошащихся стен, о медленном, ужасающем дыхании гиганта, пробуждающегося от векового сна. Они рассказывали о тенях, что преследовали их в лесу, о шепоте, что казался голосом самих древних духов, о видения...

Стены Варгинса сгинули за спиной, и они оказались в объятиях леса – не просто деревьев, но живого, дышащего существа, что наблюдал за ними сотни зим. Солнечный свет едва проникал сквозь плотные, мохнатые кроны, и вечный полумрак царил здесь, где тропы были лишь звериными следами, а воздух сгустился от запаха гниения, влажной земли и чего-то ещё, неуловимого, но давящего – запаха древней силы. Ночь настигла их быстро, словно хищник, падающий на свою добычу. Холод проникал до костей, и лишь треск ...

Трое друзей стояли посреди площади мёртвого города, окружённые безмолвными свидетелями чудовищного ритуала. Загадка Варгинса была раскрыта, но теперь перед ними встала новая, гораздо более мрачная: что задумали эти жрецы, и куда они направились, унеся с собой урожай душ? Варгинс был лишь первой жертвой. Саснис кивнул Эйгису, чувствуя, как мурашки бегут у него по спине. Этот запах вызывал у него неясное, но очень неприятное предчувствие. — Нужно быть готовыми ко всему, — сказал он, сжимая рукоять...

Саснис шёл вперед, чувствуя, как в его сердце зарождалась тревога. Он знал, что в Варгинсе их ждало что-то ужасное. И им предстояло выяснить, что именно. Они осторожно двинулись по главной улице, ведущей к рыночной площади. Каждый их шаг отдавался гулким эхом в мертвой тишине. Дома стояли с распахнутыми или сломанными дверями, но внутри царила пустота. Казалось, люди просто исчезли, оставив свои вещи: опрокинутые стулья, недоеденные тарелки на столах, детские игрушки, разбросанные по полу. — Ни ...

Эйгис вскочил на ноги, мгновенно оценивая ситуацию. Он схватил свой лук, натянул тетиву и выпустил стрелу в ближайшего всадника. Стрела пролетела сквозь его фигуру, не причинив ей никакого вреда, словно та состояла из одного лишь мрака. — Что это за чертовщина? — прорычал Эйгис, доставая вторую стрелу. Саснис вспомнил о свитке, который он бережно хранил в своей сумке. Тот самый, который пульсировал в пещере, предупреждая об опасности. Возможно, в нём есть ответ. — У меня есть свиток, — медленно ...

Самый высокий из жрецов, чья голова была увенчана рогами тура, поднял руки к небу. В одной руке он держал обсидиановый кинжал, с которого стекала свежая черная кровь, в другой – нечто, что пульсировало мрачным, фиолетовым светом. Это был не амулет, не артефакт, а… сгусток. Сгусток страданий, сплетенный из душ, вырванных из Варгинса. — Это… — выдохнул Брайдис, его голос был едва слышен. Он упал на колени, закрыв лицо руками. — Это не просто жертвоприношение! Они собирают души, чтобы… чтобы накорм...

Они не бежали, а словно летели сквозь лес, перепрыгивая через поваленные деревья и овраги с невероятной легкостью. Саснис почувствовал, как Эйгис произносит что-то на незнакомом языке, слова звучали как заклинание, сливаясь с шумом ветра. Он чувствовал, как что-то меняется вокруг них, словно они скользили по границе между реальностями. Всадники преследовали их, оставаясь на расстоянии, но не отставая. Они не могли сравниться со скоростью Эйгиса, но их неумолимое преследование создавало ощущение ...

Саснис посмотрел на Эйгиса и Брайдиса. — Но… свиток говорит, что нужна кровь невинного. Эйгис помрачнел, но не отступил. — Что еще там написано? Нужно больше подробностей. Саснис снова посмотрел на свиток, его пальцы дрожали, когда он пытался расшифровать руны. — Там говорится о том, что кровь должна быть пролита на алтарь под светом луны, чтобы призвать древнюю силу, способную изгнать тьму. Но… я не понимаю, кто здесь невинный, и как мы можем… Брайдис молчал, но взгляд его был решительным. Он п...

Саснис не раздумывал. Он знал, что этот «крестьянин» уже не человек, что это лишь сосуд, наполненный чем-то чудовищным. Взмахнув кинжалом, он парировал безумный выпад и отступил, чувствуя, как острые, словно когти, ногти скребут по его рукаву. Злоба в черных глазах твари была осязаемой, холодной, словно лезвие. — Эйгис! — выкрикнул Саснис, уклоняясь от очередного рывка. — Сзади! — голос Эйгиса прозвучал мгновенно, и прежде чем Саснис успел среагировать, тень метнулась мимо него. Эйгис, легкий, к...