Как я есть не только известный карлсоновед, но еще и старый битломан, который не знает слов любви, кроме Love Me Do, не могу не вспомнить, что завтра всё прогрессивное человечество должно отмечать день рождения Джорджа Харрисона. Оно, конечно, распоясалось и толком не отмечает, но я всё равно напишу. Просто я недавно пересматривала главное детище Питера Джексона — нет, не «Властелина колец», а документальный сериал «The Beatles: Get Back» — и снова переживала весь калейдоскоп чувств с разбегу и наотмашь. With a Little Help from My Friends, ага. Примечательно, что тов. Джексон эти три серии воссоздавал буквально кровью своего сердца из пепла неизданных архивов, обрывков записей, огрызка гитарного грифа и пары сотен окурков. В успех никто особо не верил, всё ж уже истлело за давностью лет, да и что мы там не видели? Грустную историю про то, как умирает великая дружба и никто не спасется? А потом мир завороженно наблюдал, как четверо из Ливерпуля валяют в студии дурака, цапаются, мирятся и сочиняют буквально между бутером и сигаретой какие-то музыкальные безделушки — их последний и культовый альбом «Let It Be». Невероятно, но большую часть времени ребята вообще не помнили, что их снимают, и просто жили свою жизнь обыкновенных гениев, без оглядки на гипотетического зрителя. Для любого битломана это, конечно, абсолютно крышесносный опыт. Да что там битломана. Сам сэр Пол Маккартни, по его собственному признанию, сперва очень боялся смотреть, а потом всё же превозмог себя и скоропостижно охренел: «Нам так убедительно рассказывали, как мы тогда ужасно ругались и безобразно себя вели, что я и сам в это поверил. Я же всю жизнь прожил с чувством вины за распад „Битлз”. А потом Питер прислал кусочек этого фильма, и он меня в буквальном смысле возродил. Так вот же как всё было на самом деле!». В фильме есть крошечный эпизод, когда Джордж впервые приносит в студию «нечто» (pun intended!), которое станет одной из главных битловских баллад, гимном любви и вот это всё. И жалуется, что мелодию-то придумал, а с текстом, блин, затык. George: Something in the way she moves attracts me… It’s like, I think of what attracted me at all. John: Just say whatever comes to your head each time: “Attracts me like a cauliflower,” until you get the word. […] “Grabs me like a southern honky-tonk,” “Grabs me like a monkey on a tree.” George: I didn’t like moths. Paul: It’s a lovely image, a moth. George: “Attracts me like a pomegranate.” Джордж: Нечто в ее движениях манит меня… Я вот пытаюсь понять, а что меня манит-то вообще. Джон: Да просто каждый раз произноси то, что сразу приходит в голову. Типа «манит меня, как цветная капуста», и так до тех пор, пока не найдешь подходящее слово. <…> «Влечет меня, будто бордель на юге». «Цепляет меня, как обезьяна на ветке». Джордж: Мне не понравились мотыльки. Пол: Мотылек — это красиво. Джордж: «Манит меня, словно гранат». Когда б вы знали, из какого сора, цветной капусты, башмаков и сургуча растут стихи и великие баллады. «Мотыльки! Нет, гранат! Нет, обезьяна с гранатой. Давайте споем про бордель? Сам пой про бордель, а я буду про цветную капусту». Нестройный хор, монтаж, склейка, мировой хит всех времен и народов. А вот Пол с Ринго, в очередной раз забыв, что всюду камеры и прослушка, которые они же сами организовали и оплачивают, обсуждают с глазу на глаз некоторую напряженность в коллективе из-за вездесущей Йоко. Пол: Будет невероятно смешно, если лет через пятьдесят скажут, мол, «Битлз» распались из-за того, что Йоко уселась на усилок или типа того. Ну это ж ерунда какая-то. И ты сидишь пятьдесят лет спустя и изнемогаешь от желания просунуть голову в экран и крикнуть им туда: «Парни, да вы не поверите…» Но они бы всё равно не поверили, потому что реально ерунда какая-то. Не может такого быть. P. S. Для любителей «Битлз» в комментариях есть скрины диалогов целиком и кусочек из фильма, а для всех остальных — ссылка на очень красивую битловскую песню авторства Джорджа Харрисона «Something». С днем р