КРЕСТИКИ-НОЛИКИ К происшествию в школе им. М. П. Марченко. Горестные школьные известия доходили до нас из разных мест России — они были связаны с попытками убийств или даже с убийствами учеников. И вот ударила лихая новость, настигла нас на щёлковской земле. В Свердловской средней школе имени М. П. Марченко тринадцатилетний Лёня трижды вонзил нож в одноклассника. В школах щёлковского округа только и разговоров об этом страшном происшествии. Завтра, 17 марта, булгаковская администрация собирает на большое совещание четвёрки руководителей — директора, заместителя по воспитательной работе, военрука и советника директора — всех школ. Будут послесобытийные погромыхивания интонациями. Только не исправить: жуть случилась. Что же такое деется в школе как главном общественном институте страны? Разрыхление педагогических умов — вот что. Как почалось ослабление воспитательного процесса со времени президентства Д. А. Медведева, опрометчиво призвавшего на службу директорами менеджеров, не имеющих педагогического образования, так и не кончается по сю пору. Школы наукрупняли до невместимого. Свердловская, где малолетним ненавистником совершено преступление, тоже раздута неоглядно: сама школа на тысячу мест плюс аж четыре детсада. Не может директор — а по сути своей должности он учитель учителей — педагогически доглядеть каждого коллегу. Ему нагрузка вменена непосильная. Учителя оставлены без наставнического призора, варятся в школьной буче сами по себе, тоже замордованные чудовищной нагрузкой. Их эмоциональный воспитательский накал слабеет, а часто и вовсе сходит на нет. Ученики остаются без страстной гражданско-нравственной проповеди. Они живут в беспрерывной гонке то к ВПР, то к ОГЭ, то к ЕГЭ. Весь учёт учебно-воспитательной работы в школе сведён к крестикам-ноликам, выставляемым в сводную таблицу, от них зависят — чур меня! — зоны: зелёная, жёлтая и красная. О честном подходе нельзя даже заикаться. Беспросветное очковтирательство — вот корень зла. Из него проистекает и сегодняшнее преступление. Если, упаси Бог, подашь в отчёте реальный результат, — свалишь школу в красную зону: не будет доплат учителям; директора измордуют гороновские, то есть департаментские тётки; учителя, насмелившегося на правду, просто сожрут... Ленивая охранота, дежурящая на входе в школу, съедает сумасшедшие государственные деньги за свою видимость дела. Директора утратили все голосовые краски, кроме подобострастного поддакивания окружному начальству. Даже если оно прёт в дурь, всё равно любо. Помнится, в мою бытность главредом газеты «Щелковчанка» директор школы им. Марченко — фамилию её забыл, но коли занадобится, вспомню — на совещании в администрации района сказала: «Надо что-то предпринимать с „Щелковчанкой“, её критика становится нестерпимой». Вот допредпринимались. Гладко писали в бумаге, а ребёночек-то изрезан. Министерство образования Московской области — это беспрерывный непрофессионализм, доходящий подчас до позорных вкраплений подлого угодничества губернатору. Министр просвещения России Кравцов некомпетентен, узок и вял. Нынешний глава городского округа Щёлково Булгаков — тихушник-пофигист. Ему хоть весь кумпол проклюй за очевидные провалы, он бровью не шевельнёт. Сейчас, говорят, вострится из Щёлкова скакнуть в Госдуму. Его, если по уму, в отставку надо ссылать, а он о повышении раздумывается. Главная беда — крестики-нолики. Как только отойдём от них — везде: в школах, в районах, округах, областях, краях, республиках, во всей России, — начнёт проясневать. Однако надежды на сие не имею. Я тридцать лет учительствования активно сопротивлялся этой таблице — она взяла верх над разумом по стране. Булгаковская администрация изменить что-либо не способна. Её потенциал близок к нулю. А смены не предвидится. Надо брать выше: воробьёвское сонное сидение прекратить. Инфантильного, безграмотного министра Кравцова, провалившего школьное дело государства, убрать. Тогда можно будет переиначивать.