🇬🇪 🍷 Вчера был на дегустации у Натальи Сорокиной @sorokina_ghvino — большого специалиста по грузинскому вину. И событие было не только про конкретные напитки, какие-то тона, полутона и сочетания с едой, но и про то, что вино в Грузии — это не индустрия, а живая традиция. Сами грузины говорят: «Грузинское вино будет существовать, пока жив хоть один грузин». Археологи действительно нашли на территории Грузии глиняный сосуд с остатками вина возрастом 8000 лет. Восемь. Тысяч. Старше пирамид! И с тех пор вино там не бросали — ни при античности, ни в Средние века, ни в Империи, ни в СССР. Рассказали про географию и технологии. Запад Грузии — вина лёгкие, кислотные. Восток, Кахетия — плотные, танинные, даже белые. Но дело не только в климате. Главное — технология. В Кахетии делают на 100% мезги, используют гребни, держат в контакте дольше. На западе мезги всего 5–30%, гребни не добавляют, выдержка короче. Отсюда и разница: кахетинские белые — мощные, их пьют под квашеную капусту, черемшу, маринованный чеснок. Это то, что они «вывозят». Стоит упомянуть квеври — это большие глиняные сосуды яйцевидной формы, которые закапывают в землю по горлышко. В них виноград бродит вместе с кожицей и косточками (т. н. мезга) — иногда до 6 месяцев. Земля держит стабильную температуру, глина дышит, а долгий контакт с мезгой даёт белому вину янтарный, почти оранжевый цвет, танины и невероятную структуру. Собственно, «оранжевые» или «янтарные» вина (amber wines на Западе) — это и есть белые, сделанные по древней кахетинской технологии в квеври. На Западе их открыли для себя только в нулевых и устроили культ. А в Грузии так делали всегда. Эти вина — мощные, с горчинкой, терпкостью, они требуют еды. Просто так под разговор не пойдут — нужны соленья, сыр, что-то жирное или кислое. Отдельное открытие — про саперави. Привычный нам «шашлычный» вариант — мимо. Саперави — нежный сорт. Ему лучше курица, сациви, холодные блюда. А не мясо, забитое дымом и углями. Вообще, Грузия — это в первую очередь страна белых вин. И да, на застолье там спокойно могут выпить 3–5 литров в лицо. Потому что вино — не алкоголь, а часть ритуала. Его там не пьют молча. Обязательно есть тамада (обычно это хозяин дома). Есть порядок тостов: за Бога, за мир, за ушедших (чокаясь, как за живых), за детей, за предков, за хозяйку дома, за любовь. И фраза, которая многое объясняет: дело нельзя начинать без любви. Про виноделов тоже было неожиданно. Сейчас в Грузии бум маленьких марани — семейных виноделен, где вино делают по фамилии хозяина, а не по сорту. А лучшие виноделы, по словам Натальи, — внезапно: физики, математики и врачи. Квеври романтиков не любит: там нужна голова и точность. Из того, что пробовали и запомнилось: — Киси из квеври — оранжевое, плотное, идеальное под квашеную капусту. — Мукузани — саперави из одноименного микрорегиона, выдержанный в дубе минимум 1–3 года. Грузинский дуб иберика считается лучше французского, но использовать его нельзя — красная книга. — Хванчкара — природно полусладкое прямо из деревни Хванчара. Пьем либо с шоколадом и вишней, либо внезапно с копчёностями. И это работает. Вышел я с дегустации с простым ощущением: грузинское вино — это не напиток. Это код культуры, где перемешаны история, семья, земля и уважение к предкам. Теперь я думаю, что до конца его невозможно понять без Грузии. Я еще там не бывал — обязательно поеду, буду вести гастрономические заметки!