​​2 апреля 1696 года в Парме родилась великая певица генделевской эпохи, Франческа Куццони. Современники описывали её как низкорослую женщину с нескладной фигурой, отмечали следы оспы на безобразном лице, упрекали в неумении выбирать наряды и не уставали смаковать особенности характера, называя её алчной, истеричной, взбалмошной и к тому же глупой. Широко известна история о том, как, раскапризничавшись, Куццони отказалась петь арию Falsa immagine в опере Генделя «Оттон» (1723), то ли потому, что изначально ария была написана для другой певицы, то ли из-за большого количества виртуозных пассажей, на что Гендель заявил: Oh! Madame, je sçais bien que Vous êtes une véritable Diablesse: mais je Vous ferai sçavoir, moi, que je suis Beelzebub le Chéf des Diables (О, мадам, я знаю, что вы настоящая дьяволица, но я вам сейчас покажу, что я — Вельзевул, владыка дьяволов!) Условие было поставлено жёстко: либо Куццони поёт арию, либо тотчас покидает театр, причём Гендель указал ей не на дверь, а на окно (по другой версии — схватил и собрался выбросить её лично). Захватывающее соперничество Куццони с Фаустиной Бордони (1727) тоже навсегда останется одной из самых ярких страниц в истории оперы. Все причуды характера и недостатки внешности, как водится, отступали на задний план, стоило ей начать петь. Её голос называли ангельским за нежный тембр, идеальную выровненность и мягкое, проникновенное вибрато. Особо восхваляли Куццони за интонационную точность: видимо, чистое пение в те времена было явлением не столь широко распространённым. Также современники ценили Франческу за способность органично, с безупречным вкусом украшать музыку трелями, сравнивали певицу с соловьём и превозносили за выразительнейшую кантилену. Стоит также отметить, что обретение славы всемирно известной примадонны в те времена уже само по себе могло бы свидетельствовать о незаурядных вокальных способностях певицы: публика сходила с ума от кастратов, а женщина на оперной сцене была едва ли не диковинкой. К слову, ария Falsa immagine стала коронным номером певицы. В опере Куццони исполняла роль Феофано (Teofane), дочери византийского василевса. Ей предстояло выйти замуж за римского императора Оттона II, которого она знала исключительно по миниатюрному портрету. В результате задержки Оттона на пути в Рим к невесте и интриг других претендентов на трон, в качестве будущего супруга ей «подсунули» Адальберта. Под именем Оттона он должен был жениться на Феофано и захватить власть. Несчастная девушка, не увидев сходства «жениха» с портретом, адресует изображению горький укор (послушать можно по ссылке внизу): Falsa immagine, m’ingannasti, mi mostrasti un volto amabile; e quel volto m’allettò. Or cessato il dolce inganno, trovo orrore, e trovo affanno ove gioie il cor sperò. (Лживый портрет, ты обманул меня, ты показал мне милое лицо, и оно меня привлекло. Теперь сладкий обман прекратился, я нахожу ужас и печаль там, где сердце надеялось на радость). Скандал — то, что сопровождает любую порядочную примадонну, а шире — каждую сколько-нибудь приличную «звезду». Иногда его виновницей становилась сама Куццони, но порой ей приписывали всякие ужасы совершенно несправедливо. Так, один из лондонских журналов в 1741 году опубликовал «новость» о том, что Куццони напоила мужа (композитора Сандони) ядом и осуждена за убийство. На самом деле, пусть её личная жизнь и не могла считаться образцом для подражания, певица, конечно, никого не убивала. Хотя в тюрьму она всё же попадала, и не один раз, но за долги: в последние годы карьера её развалилась и жизнь Франческа окончила в нищете, в одном из болонских приютов для бедных, где отрабатывала еду изготовлением пуговиц.