​​Всего кантат, уверенно приписываемых Перголези, сохранилось шесть. Четыре самые знаменитые, как раз вошедшие в программу концерта в «Зарядье», были собраны и изданы контрабасистом Королевской Капеллы Неаполя Джоаккино Бруно «для развлечения любителям музыки» вскоре после смерти композитора и подарены испанскому послу. Идентифицировать авторов стихов исследователям не удалось. Кантата в данном случае — светский жанр камерной вокальной музыки, широко распространённый в итальянских аристократических домах в XVII–XVIII веках, прежде всего в Венеции, Риме и Неаполе. Предназначался он преимущественно для одного голоса в сопровождении continuo и струнных инструментов. «Сюжеты» произведений связаны с любовными переживаниями и пасторальным антуражем. Мифология и история уходили на второй план. Строится такая кантата по типичной оперной схеме: речитатив-ария-речитатив-ария (RARA). В речитативе рассказывается о некоем событии. В арии воплощается определённый аффект — «эмоция», вызванная описанным событием. Музыкальная форма арии — стандартная трёхчастная структура Da capo (где третья часть — варьированное исполнителем повторение первой). В двух ариях кантаты, как правило, задействуются разные аффекты. Иногда композиторы (и поэты) обходились без начального речитатива (ARA), чтобы не переутомлять публику. Перголези не отходит от канонов жанра, но можно обратить внимание, например, на то, как свободно он обращается со средними частями арий, превращая их в царство мрачных гармоний и колючих диссонансов, на «драматургическое» построение речитативов, ничем не отличающееся по масштабу от оперных сцен, и на характерную для композитора мелодическую щедрость. Адресат первой кантаты, La lontananza (Разлука) — нимфа с необычным именем: Дальсигре. По-видимому, цель такого странного выбора — рифма со словом tigre (тигр). С «бесчеловечным» зверем сравнивается злая судьба, «вырвавшая» нимфу из объятий её возлюбленного и унёсшая её далеко от уютного леса. Тоскующий влюблённый обращается к деревьям, свидетелям их прежней искренней и страстной любви, чтобы они рассказали Дальсигре о его мучениях и убедили её вернуться. Есть основания предполагать, что автор намекает на некую, вероятно, действительно существовавшую певицу (canoro cigno — «поющий лебедь»), оставившую поэта и спокойную сельскую жизнь ради городской роскоши. Вторая кантата — L’addio (Прощание) — по сюжету в целом схожа с первой, но здесь поэта покидает Филлида, а сам он утешает себя тем, что если возлюбленная хранит ему верность, то ничего страшного в разлуке нет. Подчёркнутая театральность роднит последние две кантаты, что и стало, вероятно, причиной их большой популярности. В Il segreto tormento (Тайные мучения) отсутствует первый речитатив, но взамен довольно сложно устроен третий номер, сочетающий в себе ариозо (Largo), оба вида речитатива (secco и accompagnato) и собственно арию с подчёркнутым контрастом между частями. Поэт обращается к возлюбленной по имени Ника, но та не только отвергает его, но и жестоко высмеивает. Четвёртая кантата — Orfeo (Орфей), вдохновлена историей знаменитого фракийского музыканта. Возможно, заказчицей была Барбара Браганса, ученица Д. Скарлатти и будущая королева Испании. Пасторальные мотивы уступают место мифологическим топосам. Второй речитатив, например, демонстрирует незаурядную начитанность поэта: здесь упоминаются притаившаяся в шипах змея и тигры из гирканских лесов (со времён Вергилия — символ кровожадной жестокости), а в «бледной дружеской толпе» проступают силуэты Евадны (бросилась в погребальный костер своего мужа, Капанея), Федры (покончила с собой из-за любви к пасынку Ипполиту) и Лаодамии (добилась от богов встречи с тенью мужа, погибшего под стенами Трои, и проследовала за ним в царство мёртвых). Орфей понимает, что у него есть только два пути: либо он вернёт Эвридику, либо умрёт на берегу Ахерона. Первая часть второй арии необычна тем, что сама состоит из двух контрастных разделов: быстрого и решительного, рисующего желаемый вариант ра