Из судебных решений В соответствии с российским правом переход прав по основному договору автоматически влечет переход прав по третейскому соглашению. Арбитражный суд Челябинской области (АСоЧ) выдал исполнительный лист на решение МКАС несмотря на возражения заинтересованного лица о том, что: 1) между сторонами не было заключено третейское соглашение; 2) спор не охватывался арбитражной оговоркой, так как возник из неосновательного обогащения, вследствие чего исковые требования имеют внедоговорный характер. Исходя из материалов дела истцом в третейском разбирательстве выступала российская компания (ООО «ТопЭлой»), которая заключила договор уступки права требования первоначального кредитора (иностранной компании) на возврат суммы неотработанной предоплаты, а также взыскание неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами. АСоЧ сослался на пункт 11 ст. 7 Закона РФ от 07.07.1993 г. «О международном коммерческом арбитраже». В соответствии с данным пунктом «при перемене лица в обязательстве, в отношении которого заключено арбитражное соглашение, арбитражное соглашение действует в отношении как первоначального, так и нового кредитора, а равно как первоначального, так и нового кредитора, а равно как первоначального, так и нового должника. Что касается довода заинтересованного лица о неосновательном обогащении, то АСоЧ отметил, что квалификация спора в качестве спора из неосновательного обогащения не влияет на исполнимость и применимость к нему арбитражной оговорки, поскольку спор вытекает из договора. В качестве обоснования этого вывода приведена ссылка на ст. 1103 ГК РФ и пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 г. № 35 «О последствиях расторжения договора», в соответствии с которым при неэквивалентности встречных представлений возможно применение положений о неосновательном обогащении. Комментарий Автора Прежде всего следует отметить, что решение АСоЧ соответствует действующему российскому праву. Довод заинтересованного лица о внедоговорном характере спора носит формальный характер и не учитывает фактические обстоятельства дела, указывающие на истребование неотработанного аванса по договору, прекратившему свое действие. В этом случае третейское соглашение подлежит применению к требованиям о возврате аванса, даже если они квалифицированы как возврат неосновательного обогащения. Что касается перехода прав требования по договору и третейскому соглашению, то здесь также АСоЧ корректно применил подходящую норму российского права. Однако нельзя не сказать, что эта норма, к сожалению, не учитывает принцип диспозитивности, поскольку устанавливает безусловную зависимость перехода прав по третейскому соглашению от перехода прав по основному договору. Определение Арбитражного суда Челябинской области от 14.10.2025 г. по делу № А76-26020/2025.