Написал мне старый друг: Иван Олегович, надоела Индия, давай что-нибудь про нас, про варягов. Ладно думаю, про нас так про нас. Хранится в историческом музее одно удивительное, уникальное, не стопроцентное, но все-таки очень вероятное свидетельство знакомств варягов с индийской или около индийской духовностью. В 1872–1873 годах археолог Дмитрий Самоквасов исследовал один из самых грандиозных курганов Древней Руси, в Чернигове, «Черную Могилу». В богатейшем захоронении, датируемом концом X века, ...
Ivar Negreev & Religions
Здравствуйте, меня зовут Иван Негреев я религиовед, а это мой канал. Здесь я публикую анонсы мероприятий, какие-то мысли свои, куски семинаров по истории и философии религии. Добро пожаловать🙏
Графики
📊 Средний охват постов
📉 ERR % по дням
📋 Публикации по дням
📎 Типы контента
Лучшие публикации
18 из 18- Получается, что после реинкарнации у меня будет все новое? - Да - И печень? - И печень! - Мне нравится этот ваш буддизм - Только это может быть печень трески!.. Простите)))
На острове Самуи, в тихом храме Ват Кхунарам, в стеклянном саркофаге восседает в медитации человек, который умер больше полувека назад. Монах Луанг Пхо Дэнг смотрит на мир через тёмные линзы солнечных очков — так сегодняшние монахи скрыли его опустевшие глазницы, чтобы не смущать посетителей. Он ушел в 1973 году в глубокой медитации, в идеальной позе лотоса. Он умирал сознательно, сказав своим ученикам буднично, что если его тело будет тлеть, пусть сожгут, а если нет, то пусть выставят на всеобщ...
Сегодня Махашиваратри, или Великая Ночь Шивы, важнейшее событие для многих хинду. Воздух в храме густой и влажный - только что кропили водой из Ганга, смешанной с молоком. В центре зала, под балдахином из тысяч цветов, стоит гладкий, черный камень - лингам. Темный, как ночь до начала творения. Сначала из медного кувшина на него льется молоко. Белая струя стекает в лоток, унося с собой, как говорят старики, горечь прошлого. Потом — мед, тягучий, как растянувшееся время, эдакая сладость бытия, кот...
«Тот Бог, которого можно назвать словами, не есть Бог вечный». А при чем здесь Толстой? Так Лев Николаевич переводил первую строчку Дао-дэ-цзина: Дао кэ дао – фэй чан дао. Пока сижу готовлюсь к завтрашней лекции о Толстом, читаю толстовские размышления о даосизме. Да. Лев Николаевич не только был увлечён буддизмом, не только образ принца Сиддхартхи его вдохновлял. Набросок «Сиддарта, прозванный Буддой, то есть святым» 1886 года был лишь началом. Мы привыкли, что Лев Николаевич - это Война и мир,...
Пост, родившийся из вопроса: а буддизм - это случаем не форма эскапизма? Буддизм часто обвиняют в эскапизме — стремлении уйти от реальности в иллюзорный мир «нирваны», подобно тому, как человек закрывает глаза на страдания, убегая в грезы. Однако, если присмотреться к природе буддийской практики, становится очевидно, что проповедь буддизма: оставаться с действительностью лицом к лицу. Эскапизм - это не системная теория, а индивидуальная модель поведения личности. В этом смысле, эскапизмом может ...
О непростых путях богов в иммиграции, или о старых богах в новых формах. Признаюсь, я терпеть не могу, когда боги становятся персонажами кино. Неважно какие боги и чьи, но когда они становятся героями Вселенной Марвел, или еще какой вселенной, моя душа религиоведа понуждает видеть меня в этом что-то кощунственное. Хотя я понимаю, что Гесиод и Аполлодор писали свои мифологии вовсе не как манифесты веры, а во многом для того, чтобы скучными ночами вокруг костра было, что рассказать. Но довелось мн...
Друзья, 22.02 в 17:00 вас ждет одна из самых интересных наших лекций в этом сезоне! Мы с моим другом религиоведом Иваном Нетрегвым в ресторане Сингл в Арбатском переулке прочитаем для вас лекцию «Лев Толстой и христианство». Лев Толстой — одна из самых грандиозных фигур в культуре XIX века. Его романы навсегда изменили литературу не только в России, но и во всем мире. Нравственный поиск Толстого не останавливался на протяжении всей его жизни. Для того чтобы проникнуть в суть христианства о...
тг-канал Ивана Негреева #om_education
Последний день нашего путешествия по Тайланду занес нас в древнюю Аюттхаю. Руины ее прекрасны, тихи и величественны. Как и все руины напоминают о том, что все проходит и все забывается. И все таки нет. Среди древних руин меня поразила статуя вовсе не древняя. Пхра Мэ Торани. Для меня один из самых любимых образов во всем южноазиатском религиозном мире. В час последнего искушения, когда Будда сидел под деревом Бодхи, и демон Мара со всем воинством обрушился на него, сидевшего в молчании, Сиддхарт...