добрался наконец до Джессики Бенджамин и ее статьи «Признание и уничтожение». вообще, вся статья очень точно описывает искусственность дихотомии внутреннее-внешнее, точнее, продолжает (во всяком случае, для меня) огденовское стремление не разделять, а объединять крайности, создавая напряжение между ними и давая читателю понять, что одно невозможно без другого. в отношениях мать-ребенок сталкиваются две субъективности, и ребенок продолжает «разрушать» мать и непременно удивляться тому, что она «выживает» под натиском его атак. эти процессы разрушения и выживания необходимы, именно так ребенок может ощутить резкое отличие реальности от его фантазий. постепенно он начинает понимать, что мать независима от него, и таким образом вместо матери-как-объекта появляется мать-как-субъект. этот процесс сопровождается различными чувствами, в том числе ненавистью и желанием «проучить» мать, но именно таким образом ребенок понимает, что он тоже может быть независим от нее ("я знаю, что ты можешь хотеть иметь свою собственную жизнь так же, как я хочу иметь свою"). по Бенджамин, именно так (и, конечно, через признание матерью независимости ребенка) появляется «любовь к миру», что означает возможность ребенка увидеть и признать субъекта и в себе, и в другом. в статье есть совершенно умопомрачительные панчлайны, например, вот небольшой кусочек про нарушение вышеописанного процесса и формирование «плохих» внутренних объектов: «то, что не может быть проработано и растворено во внешнем другом, переносится в драму внутренних объектов, смещаясь из области интерсубъективного в область интрапсихического. в реальной жизни, даже когда ответная реакция другого рассеивает агрессию, не происходит идеального процесса разрушения и выживания; всегда имеет место и интернализация. весь опыт вырабатывается интрапсихически, можно сказать, но когда другой не выживает и агрессия не рассеивается, опыт становится почти исключительно интрапсихическим. поэтому представляется ошибочным рассматривать процессы интернализации только как продукты распада или защиты; скорее, их можно рассматривать как некий глубинный субстрат психической деятельности – постоянный процесс символического переваривания, составляющий важную часть цикла обмена между индивидом и внешней средой. именно в потере баланса между интрапсихическим и интерсубъективным, между фантазией и реальностью и заключается проблема.»