Мне нравятся старые вещи. Их старый натруженный запах. Царапины, сколы, щербинки, солидная тяжесть и вес. Как будто вся жизнь, что промчалась на кухне, в гостиной, на полке в какой-нибудь тихой глубинке, теперь обретается здесь. Как будто на пыльном развале, на мусорном поле бетонном они не стояли сиротски, не ежились зябко: беда, а словно сошли с антресолей, из старой ореховой горки, как будто со мной с малолетства, как будто мы жили всегда, как будто бы жизнь не менялась, как будто бы не было ветра, который развеял, что было, а нового негде найти. Мне нравятся старые вещи, что проданы мне за бесценок, а я их лелею, и глажу, и мою от пыли и сажи, от горькой обиды бездомья, чтоб в прошлое время войти.