«Куросиво» Токутоми Рока (1903) Всякие графы занимаются государственными делами, устраивают кутежи и совершают глупости из-за женщин, пока где-то на фоне страдают крестьяне. Нет, это не роман Толстого. Но роман толстовца, даже приезжавшего из Японии в Ясную Поляну. И несмотря на формальную близость к русской литературе, по содержанию этот текст — японская повесточка рубежа XIX–XX веков. В чём и состоит часть его интереса — более конкретная. Есть и более универсальная, о ней — чуть ниже. Ровно за три сотни лет до выхода «Куросиво» в борьбе за власть над Японией победил Токугава Иэясу. В основанном им сёгунате (1603–1868) главные должности отошли кланам его сторонников, а кланы его противников остались где-то сбоку. В 1868-м году была восстановлена императорская власть и военные правители-сёгуны с политической арены ушли. Совершившие реставрацию люди оказались как раз из обделённых кланов Сацума и Тёсю. Дальше они прибрали к рукам столько полномочий, что многие их возненавидели. В том числе отец главной героини из «Портрета дамы с жемчугами» Кикути Кана: Предки барона Красавы Карасавы были мелкими феодалами с доходом в тридцать тысяч коку [здесь: мера объёма риса]. <…> Их дед, живший в эпоху реформ Мэйдзи, принадлежал к числу сторонников микадо [императора], но был оклеветан людьми из Сацумы и Тёсю, заклеймён позором как изменник и, не снеся позора, вскоре умер. Перед смертью он завещал сыну отомстить за него. Барон Карасава свято чтил последнюю волю отца и в течение тридцати лет неустанно боролся с правительством, образованным из бывших самураев Сацумы и Тёсю, видя в этом цель всей своей жизни. …и один из героев «Куросиво», бывший самурай Сабуро Хигаси. Он тоже поддерживал императора, но желал закрепить пост премьер-министра за родом Токугава, которому служил. Ничего подобного не случилось, так что Хигаси засел в глуши, презирая новое коррумпированное правительство и более-менее впустую мечтая о реванше. В его рассуждениях много морали и мало прагматики. В рассуждениях членов правительства — много прагматики и мало морали. О морали Хигаси рассуждает и как частный человек, которому не надо управлять страной в опасное для неё время, и как проигравший, видящий утраченное в чересчур розовом свете. Вот что говорят ему противники (те самые коррумпированные — действительно — графы и виконты): Побежденные всегда благородны и&nbsp;чисты. Посмотрите на&nbsp;реку с&nbsp;моста Рёгоку-баси&nbsp;— прилив всегда несёт грязь и&nbsp;мусор, а&nbsp;при отливе вода большей частью прозрачна... Погибающие Тайра чисты и прекрасны, как осыпающийся цвет вишни, а победители Минамото&nbsp;— подлы и&nbsp;жестоки. В «Портрете…» Кикути Кан показывает в схожих обстоятельствах мужчину и женщину. Токутоми Рока делает то же самое: у старика Хигаси, отжившего идеала самурайской верности, есть женский двойник — графиня Китагава, отживший идеал покорности мужу. Графиня уже много лет живёт в браке с домашним тираном, который объясняет своё свинство прогрессивным духом эпохи, и сносит издевательства с ангельским терпением. Если Нацумэ Сосэки писал о людях, не принимавших ни старые порядки, ни новые, то герои «Куросиво» изначально не принимают только новые — старые-то как раз их держат прочно. Только ближе к концу их накрывают сомнения в своём пути. Отвращение к настоящему и невозможность на него повлиять при этом тоже никуда не деваются. Беспринципность толкает страну и семью куда-то не в ту сторону, а принципиальность обездвиживает и заводит в тупик самих героев. Вечная дилемма. Хигаси думает об этом так: