О монографии Д.О. Тузова В связи c экзаменом по сделкам в РШЧП перечитал монографию Даниила Олеговича о понятии недействительности. В первый раз я прочитал её года 3-4 назад и был поражён глубиной рассуждений. Но открыв её сейчас, понимаю, что она ещё более выдающаяся, чем я осознавал тогда. В монографии Даниил Олегович приходит к ряду выводов, которые не утратили актуальности и спустя почти 20 лет после выхода работы. Во-первых, недействительность – это категория нейтральная, никак не соотносящаяся с категорией противоправности; считать, что недействительная сделка противоправна, бессмысленно и неверно. Во-вторых, оспоримость и ничтожность – это две формы порочности сделки, а не недействительности. Порочность сделки вполне может и не влечь её недействительность, а вести к другим последствиям (напр., к предоставлению права на оспаривание). Сама недействительность может вытекать как из порочности сделки (ничтожные сделки), так и быть не связанной с каким-либо пороком (сделки до наступления отлагательного условия). В-третьих, в российском праве следует выделять распорядительные сделки, к которым в т.ч. относится традиция – каузальный договор о передаче права собственности. Ничтожность распорядительной сделки из-за отсутствия распорядительной власти не означает недействительности обязывающей сделки, купля-продажа чужого действительна. В-четвёртых, от самой недействительной сделки следует отличать предоставления в счёт такой сделки – такие предоставления подчиняются собственным правилам и, самое главное, реституция возникает именно в связи с предоставлениями, а не недействительностью сделки как таковой. Наконец, в-пятых, реституция не имеет самостоятельной юридической природы. Под этим именем, доставшимся от идеологизированного советского подхода к последствиям недействительности сделок, скрываются виндикация и кондикция. С подавляющим большинством тезисов Даниила Олеговича я полностью согласен. Единственное, что меня всё же не убедило, это отрицание какой-либо разницы между сделками несуществующими и недействительными. Мне ближе идея, которая отстаивается в германском праве (и в Ярославле), что условия существования сделки и условия её действительности – это разные составы, а существующая, но недействительная сделка – всё же не юридический ноль. Это выражается в возможности конвалидации сделки, состоянии подвешенности в некоторых случаях и т.п. В любом случае, монография Даниила Олеговича – это одна из важнейших работ в современном российском праве; может быть, одна из важнейших работ за весь период существования русского права в принципе. К прочтению, разумеется, рекомендую, если вам ещё не выдался повод её прочитать.