Сообщение об ошибке В управленческом консалтинге мы нередко обращаемся к теме ошибок. Крайне информативная область. Известно, что ошибки выступают гораздо более ценным источником знаний и опыта, чем успехи – как минимум, согласно ряду исследований, в силу нашей склонности чаще анализировать причины своих поражений, чем успехов. В рамках управленческого ассессмента мы часто задаём руководителям вопрос о том, какие ошибки оказались для них наиболее значимыми и наиболее ценными в карьере. Вариации ответов простираются от «плохого не помню» и «крупных ошибок не совершал» – не столько отражающих реальность, сколько высокую социальную желательность и/или низкий уровень рефлексии – до примеров значительно более зрелого анализа собственных просчётов и сделанных на основе них ценных выводов. Помимо индивидуальных различий, связанных с уровнем осознанности руководителя, существуют и особенности корпоративной культуры. Консервативные, тяжеловесные корпорации («Носороги»), как правило, крайне восприимчивы к ошибкам, всеми силами стремятся их избежать, а когда не получается – как можно быстрее забыть. Динамичные, смелые, быстрорастущие («Единороги») – напротив, стремятся рассматривать ошибку как ресурс, умеют на них учиться и не боятся рисковать (здесь не ограничиваюсь формальными рамками использования термина «Единорог» в отношении стартапов, достигших капитализации в 1 млрд $, но ввожу «Носорогов» и «Единорогов» для подсвечивания различий двух полярных корпоративных культур – в ценностях, в подходах к принятию решений, в паттернах коммуникации, в практиках управления проектами и др. За термины спасибо Владимиру Коровкину, отсылаю к его прекрасной книге «От носорога к единорогу»). В мозгу есть интересный индикатор ошибки – так называемый потенциал Error-Related Negativity (ERN) – который можно зарегистрировать, суммируя электрическую активность нейронов центрально-фронтальной коры головного мозга при совершении ошибок в рамках выполнения задачи. Обнаружила этот вызванный потенциал российская исследовательница, нейрофизиолог Наталья Бехтерева в 1960-х в своей Ленинградской лаборатории. Интересно, что ERN возникает примерно в тот же момент, что и наша ошибочная реакция. Если ошибочный ответ даётся нажатием на кнопку – волна ERN начинает нарастать одновременно с моторным электрическим потенциалом, отражающим запуск движения руки. Когда ответ даётся устно – ERN возникает одномоментно с потенциалами, отражающими процесс вокализации. Ещё более интригующим кажется тот факт, что ERN возникает в нашем мозгу вне зависимости от того, осознаём ли мы сделанную ошибку или нет. Одной из центральных структур, ответственных за генерацию ERN, является передняя поясная кора (anterior cingulate cortex, ACC). АСС известна своей вовлечённостью в разрешение конфликтов – работы с fMRI показали заметный рост её активности когда мы решаем задачи с противоречивыми условиями, выявляем конфликтующую информацию или непосредственно совершаем ошибки. Мощность ERN зависит от масштаба сделанной нами ошибки. Например, нам дают список слов на запоминание, а потом просят выписать те, что удалось запомнить. В одном случае мы правильно вспоминаем слово, но пишем его с орфографической ошибкой, а во втором – пишем слово, которого в списке не было. ERN будет появляться в обоих случаях – но в первом случае его амплитуда будет значительно меньше, чем во втором – отражая, в сущности, масштаб сделанной нами ошибки.