Кралась в ночи к холодильнику, радуясь тому, что полы не деревянные и не скрипят. Но суставы хрустнули так, что сын из соседней комнаты спросил: – Мам! Ты что, не спишь? Испытываю озабоченность, граничащую с озадаченностью. Как этот молодой человек, не отличающий крахмала от сахарной пудры и не знающий, зачем курам жгли подножные перья, отдифференцировал треск моих коленей от какого-либо иного звука, а главное, определил именную принадлежность? Раньше я так яростно не поскрипывала. При Брежневе такого не было, говорю я вам. Порой так хочется кинуться на пол и рыдать, как в 6 лет, суча ногами, но колени, колени – они хрустят, спина болит, словно вставили клин, пол холодный – не ровен час, цистит огребешь, да и когда вставать будешь – в глазах потемнеет… все те действия, что причиняли удовольствие и собирали толпы поклонников тогда, сейчас чреваты сбором родных через 7 и 40 дней. Дряхлость! Вдумайтесь в это слово…