#Стихорефлексия #Стихорефлексия_комментарии #Альжбирас_Жюльен_Греймас Ямб устарел, несите что-то другое. Впрочем, хорей тоже не лучше. Поэтому сегодня мы будем говорить о очень глобальных вещах. И, заодно, вспомним некоторые основы. Иными словами, сегодня мы ещё раз спросим себя: а почему мы, вообще, занимаемся поэзией? С чего начнём? Как я обещал, мы повторим некоторые основы. А точнее, вернёмся к одному старому спору. К какому? Про рыбаков, удочки и гиппопотамов. Про гипонимические отношения. Что, опять? Потерпите, это правда необходимо. Итак, напомню, что такое гипонимическое отношение. У нас есть некий человек. Он кто? Допустим, он рыбак. Что такое «рыбак»? Это сема этого человека. Наш Анатолий — рыбак. Хорошо, мы поняли. Анатолий — рыбак. Но как бы нам сделать это более поэтическим образом? Более литературно, что ли. Просто сказать, что Анатолий — рыбак, это как-то совсем уж… Как будто каталог читаем. Анатолий — рыбак. Андрей — грибник. Адам — заядлый походник. Ладно, давайте скажем по-другому. Сегодня Анатолий встал очень рано. Даже раньше будильника. Анатолий волновался, всё ли собрано правильно. Так, удочки в порядке. Прикормка? Есть. Наживка? Есть. Машина заправлена. Лодка? Блин, лодка. Почти год в гараже лежала. И Анатолий так и не удосужился её проверить. Вот теперь снова вернёмся к тексту. Кто такой Анатолий? Ну, теперь мы видим, что он рыбак. Удочка, прикормка, наживка. Но у него какие-то проблемы с лодкой. Нужна ли рыбаку лодка? Слово Анатолию: — Блин, ну почему именно сегодня на том платном озере объявили карантин. Я уже так привык, что можно рыбачить на оборудованном месте. Даже никаких денег не жалко. Видим, что вроде как и не нужна. Ладно. А кто больший рыбак — рыбак на лодке или рыбак на частном озере? Странный вопрос, да? На самом деле нет. Просто смотрим мы совсем с других позиций. И именно поэтому он для нас такой странный. Давайте его переформулируем. Кто такой житель страны? Тот, кто в ней живёт. А сколько ему надо в ней жить? Допустим, некий житель страны приехал совсем недавно. Ну, наверное, он не совсем житель страны. Иммигрант. А если он заведёт семью? Его дети кем будут? Иммигрантами или жителями страны? Острополитический вопрос, не то что вопрос про рыбака на платном озере, не находите? Однако в сути своей это один и тот же вопрос. Как такое произошло? И вот тут мы вынуждены снова вернуться к одной теме. Помните, я говорил вам про гипотаксические отношения и про то, что они, в своей сути, не нужны? Так вот, они нужны. Просто это некая трещина в асфальте, куда мы упадём, если продолжим идти этой дорогой. Я вас сразу повёл в место, где есть мостик. Но теперь понимаю, что это было ошибкой. Нам нужно не просто пройти дорогу, а скорее понять, как ходили по этой дороге раньше. Извиняюсь и возвращаюсь к самому началу. Итак, что мы помним? У нас внутри языка есть некоторые нимические отношения. Груша — это дерево. А дерево — это растение. Груша по отношению к дереву — это гипонимическое отношение. А дерево по отношению к груше — это гипернимическое. Зачем оно всё нам нужно? В основном, чтобы строить квадраты Греймаса. Например, дерево — это гипернимическое отношение к груше. А что там ещё так же относится к дереву? Ну, например, яблоня. И дуб. И вот это самое интересное. Если мы говорим «груша» и «яблоня», мы как бы подразумеваем не просто дерево, но плодовое дерево. А если «дуб», то просто дерево. А если мы будем, например, печь желудёвый хлеб? Тоже плодовое дерево? Получается, что так. И вот тут мы вынуждены ввести гипо- и гипертаксические отношения. Просто они как бы существуют немного на другом уровне, скорее на уровне организации лексем во фразы. Когда мы говорим про желудёвый хлеб, мы можем придать этому очень разные значения. Например, мы говорим, что на неком фестивале нас угостили желудёвым хлебом. Что тогда для нас, например, яблоко? Такое же угощение. Ну, понятно, что если на фестивале нас угостили желудёвым хлебом, то яблоки там тоже будут. Печёные, например. ПРОДОЛЖЕНИЕ