Комментарий под постом выше обратил внимание на важный нюанс — про разницу между базовым доверием и жизнью в «розовых очках». Хочу немного развернуть эту мысль. Попробую развести эти два опыта, потому что их правда легко перепутать или связать одно с другим как следствие, хотя по сути они почти противоположны. Базовое доверие — это не про ожидание хорошего. Это не убеждение, что «всё будет хорошо» или что мир обязан быть справедливым. Скорее это телесное глубинное ощущение: я способна быть в том, что есть, даже если больно, страшно и что-то пошло не так. В этом месте не нужно бороться с событием, срочно объяснять, почему оно случилось, или доказывать себе, что я всё равно справлюсь. Это разрешение сдаться реальности, не в смысле капитуляции, а в смысле прекращения внутренней войны. «Розовые очки» — это защитный механизм, избегающий защитник на языке схема-терапии, товарищ не последнюю роль играющий в моей жизни до сих пор. Он говорит: «Если я не буду видеть опасность, проблему, боль, амбивалентность, то их как будто не существует». Это попытка сохранить иллюзию безопасности за счёт искажения и реальности. Не встретиться с тем, что есть, а переписать это так, чтобы не чувствовать (или хотя бы отложить это на потом). Именно поэтому «розовые очки» часто ломаются с грохотом и оставляют ощущение предательства жизни, себя, других людей. Не потому что доверие было ошибкой, а потому что реальность долго не признавалась. Парадоксально, но базовое доверие зачастую помогает снять розовые очки. Потому что внутренний голос буквально говорит: я выдержу правду, даже неприятную, даже разрушительную для иллюзий. Даже такую, где я ошиблась, не увидела, не смогла, не защитила себя. Итак, для меня базовое доверие — это разрешение не бороться с событием, а «розовые очки» — способ не встречаться с ним. Мне кажется, зрелое доверие к жизни появляется как раз после того, как очки не раз разбивались. Становится ясно: не обязательно всё время надеяться на лучшее, чтобы продолжать жить. Иногда достаточно знать, что даже в худшем я не исчезаю, не обнуляюсь, не перестаю быть частью мира. Когда доверие однажды болезненно обманывается, очень хочется вернуть себе контроль и сделать вывод: теперь цинизм — мой товарищ, доверять нельзя, надо быть всё время начеку. Это звучит как взрослая позиция, как будто мы наконец «поумнели» и сняли с себя последнюю наивность. На самом деле это часто не зрелость, а следующая защитная конструкция — просто с другим знаком. Если «розовые очки» говорили «опасности нет», то цинизм говорит «опасность везде». Оба — способы не находиться в живом контакте с реальностью, а заранее её обезвредить. Постоянная настороженность даёт иллюзию контроля, но забирает способность дышать. Жить «на чеку» значит всё время тратить энергию на сканирование угроз, а не на саму жизнь. Мне кажется, зрелое доверие знает цену утратам, разочарованиям, разрушенным иллюзиям, но не требует от мира быть хорошим, чтобы оставаться в контакте с ним 🧡 «я верю, что всё будет хорошо» ↓ «я могу и буду жить и тогда, когда нехорошо».