В связи с публикацией очередных файлов Эпштейна идут очередные разговоры о том, что все теории заговора оказались правдой. Дескать, недалеки были от истины ребята с форчана, разоблачавшие педофильский заговор в сети пиццерий. Что ж, в файлах Эпштейна, конечно, упоминается нечто, что вполне легло бы в канву правых конспирологических теорий: сатанинские ритуалы с поеданием детей и убийствами. Но, пожалуй, именно это не заслуживает особенного доверия. Тут скорее, кажется, что городские сумасшедшие пачками пишут письма в компетентные органы отнюдь не только в России. Но можно вспомнить другие теории заговора. К примеру, были люди, которые утверждали, что в современных развитых обществах существуют невидимые иерархии угнетения. Что равноправие лишь формально, а в действительности многие люди лишены какого-либо голоса, а потому могут легко оказаться объектами эксплуатации. Что суды, полиция и все прочее — все в первую очередь обслуживает интересы кучки привилегированных граждан, владельцев крупного капитала и членов элитного клуба. Говорили, что конкурсы красоты — это выставки свежего мясо для богатых спонсоров, а модельные агентства — пункты вербовки в эскорт. Кто бы это мог быть, что это все говорил? Да неужто это были те самые леваки? Те самые, которым твердили, что на самом деле все прекрасно, а они лишь роют подкоп под великую западную цивилизацию. Теперь оказывается, что жалобы на деятельность Эпштейна шли еще с девяностых годов, но благополучно складывались под сукно. А потом еще десятки лет богатые белые мужчины проявляли свою маскулинность трахая малолетних моделей, купленных для них на другом конце света (то есть, конкурсы красоты и модельные агентства тут и впрямь оказались буквально тем гадюшником, который описывали). Пожалуй, кто реально сегодня может выступать с позиции "мы же говорили", так это адепты критической теории, интерсекционального подхода и прочие надоедливые синеволосые феминистки. Здесь, впрочем, можно возразить: тот факт, что гнездо разворошили, Эпштейна осудили, а файлы теперь публикуются как раз и свидетельствует, что для западного общества это не норма, а институты правосудия работают. Действительно, публикация файлов — это следствие того, что в США есть конкурентная политическая система, а в эпштейновской сети были замешаны хотя и многие, но отнюдь не все представители элит. Однако работает система, очевидно, со скрипом. Тридцать лет понадобилось для разоблачения. Осудили Эпштейна и его ближайших подельников, а потом Эпштейн загадочно умер, хотя мог бы рассказать много интересного. Что будет с другими замазанными, помимо формального словесного ататат и лишения регалий, непонятно (скорее всего ничего не будет). А главное вопрос: случилось бы это если бы не смена парадигмы общественных ожиданий, произошедшая за минувшие годы, выраженная, в том числе в виде кампаний миту" и тому подобного? Здесь впору предположить, что институты — это не волшебный черный ящик, который функционирует сам по себе. Чтобы пресловутые институты работали, их требуется подгонять, порою пинками.