Собственно, фонетическая перестройка старого Таңры спутала многие карты, поскольку этимология чувашского имени Бога Тор(ă) ~ Тур(ă) оказалась теперь весьма затемнена. Живо представляю озарение, посетившее великого Герхарда Фридриха Миллера, который побывал в 1733 году в чувашских землях, услышал это самое Торă и записал в своём "Описании трёх языческих народов..." радостную весть, что чуваши сохраняют-де имя скандинавского Тора и чтят его как высшее божество. По этому случаю даже имя чувашского Бога Миллер записал через Th-, как это делают и с Thor-ом. (Замечу, что уже в чувашских материалах Страленберга 1711 г. сочетание th единственный раз употребляется ровно в этом же чувашском слове. Думаю, и он увидел здесь Тора...). Кроме того, мысль о нордических истоках поволжских язычеств тут же нашла подкрепление в имени марийского верховного бога Юмо, которое, как верно заметил Миллер, очень уж похоже на финское Юмала. Тут-то я хотел выразить недоумение — мол, даже странно, что концепция происхождения чувашского Турă от громовержца Тора не особо прижилась даже в чувашском фолк-хистори (в конце концов, аçа çапать, все дела...), не говоря уже об академических изданиях. Но нет: оказывается, кое-где прижилась. Например, А.К. Салмин из МАЭ РАН (Кунсткамеры) утверждает в издании со всеми положенными грифами, что чувашский Турă "стоит в одном ряду со скандинавским Тор, ирландским Торан, шотландским Торун, Тора у африканских бушменов, пигмеев и бамбути 😢, мансийским Нума-Торум и Таром". И ссылается далее на работу антрополога, директора Кунсткамеры А.В. Головнёва — у последнего, правда, список выглядит гораздо скромнее (без Африки!), но таки тоже постулируется, что Тор "перешагнул этнические границы" и "расширил своё сакральное пространство на всю Бьярмию (он и в Эддах ходит на восток)". Подозреваю всё же, что это чувашевед Салмин подсказал коллеге по МАЭ мысль про связь северного Тора и нашего Турă, будучи большим любителем поиска всемирных параллелей для чувашских культурных терминов без учёта как правдоподобия исторических сценариев, так и законов исторической фонетики. В отличие от бушменов, скандинавы на Средней Волге в булгарскую эпоху, как известно, бывали, вот только едва ли возможно представить заимствование имени верховного Бога (!) при практически полном отсутствии какой-либо другой лексики скандинавского происхождения в чувашском. (Есть у меня неуверенная идея по поводу одного возможного предмета поставок по Волжскому пути, но не более того...) Да и в целом не понимаю, чем теория Страленберга-Миллера лучше теории Малова-старшего, предлагавшего считать, что чуваши поклоняются тому самому Золотому тельцу (арамейское תּוֹרָא Tōrā 'бык, вол'), которого почитали ветхозаветные евреи-отступники. Как-то нехорошо и, я бы сказал, даже подозрительно было бы с нашей, чувашской стороны испытывать такое пристрастие к духу нордическому, дистанцируясь от духа халдейского!