Токио, 1992 год. Экран телевизора вдруг озаряется огнями и знакомым голосом: сам Джеймс Браун, "крёстный отец соула", танцует и поёт не про любовь и ритм, а про… мисо-лапшу. Вместо Get on up! он выкрикивает Misoppa! и с таким драйвом подносит к губам чашку Nissin, что даже кипяток в ней будто закипает в такт его движению. Как так вышло? В Японии 80-90-х это была целая традиция: приглашать западных знаменитостей в рекламу. За хорошие деньги они соглашались сыграть в коротких, почти сюрреалистических роликах, которые в США или Европе никто не увидел бы. Браун в рекламе лапши стал идеальным примером: харизма и энергетика превратили обычный продукт в событие. Кто-то смеялся, кто-то бежал в магазин, а многие до сих пор называют этот ролик "лучшей рекламой всех времён". Так соул и мисо встретились в одном кадре, и оказалось, что японцы давно знали: если хочешь, чтобы лапша продавалась с огоньком – зови звезду мирового масштаба. Мораль: блогеры и производители и звезды могут создавать рекламу по-новому. 2026-год коллабораций и выхода за рамки.