Конструируя будущее Часть II. Руслан Юсуфов: субъектность в эпоху раскола Три образа будущего и внутренний конфликт Давайте заземлим эту тему на каждого из нас. Попробуйте ответить на три вопроса. Каким будет будущее через 10 лет? В каком будущем вы хотите жить? Каким оно должно быть для страны и народа? Возникает конфликт: между «будет» и «хочу» — пропасть. Наблюдаю это каждый раз, когда пишем стратегию в крупной компании: 50 человек верят в разные сценарии, у них конфликт внутри себя и друг с другом, но они продолжают писать общий документ. Мы тащим за собой груз исторических конфликтов, с которыми не научились справляться, и накладываем их на новые развилки. Трансгуманизм — это хорошо или плохо? ИИ уволит меня? Как быть с идентичностью, когда привычные ориентиры рушатся? Мы инопланетяне друг для друга Мы перестали жить в одной реальности. Люди, родившиеся в аналоговом мире, и люди, родившиеся в цифровом — уже инопланетяне друг для друга. Они похожи физически, но их сознание, восприятие, социализация — иные. Посмотрите на семью за ужином. Они сидят рядом, но папа думает про KPI, мама в ленте, а ребенок 12 часов в игре. У него вся социализация там, люди встречаются только телами. Это разные параллельные вселенные, но есть иллюзия общей картины мира. А дальше будет только сложнее. Появятся люди с имплантами, живущие 200 лет, «человек + алгоритм». Представьте стол, за которым сидят человек туповатый, человек обычный, человек расширенный, робот, ИИ-агент. Мы за обычным столом с homo sapiens не можем договориться, а тут появится видовое многообразие. Нет министерства клея будущего Когда рушатся старые институты доверия, возникает вопрос: кто или что станет новой инстанцией? Нет такой инстанции — нет министерства клея будущего. Придумать его невозможно, потому что будущее кросс-дисциплинарно, это нельзя делегировать. Если пытаться сформулировать этот «клей» в одном слове, то это субъектность. Сколько во мне моих собственных мыслей? Сколько решений, на которые я могу влиять? Или я живу в иллюзии, что реальность объективна, а ее сформировали алгоритмы? Клей будет возникать когда человек возвращает себе субъектность и сам начинает замазывать лакуны, либо когда придут новые институты и предложат альтернативу. В семье кто-то должен встать и сказать: «Давайте возьмемся за руки, погладим кошку», — это и есть субъектность. Клей на уровне семьи. Социопаты у руля и каждый сам себе футуролог Самый частый запрос, с которым ко мне приходят: «Расскажите, что там будет завтра, но заземлите это на квартал». Футурологию очень хочется запихнуть в KPI. О каком долгосрочном планировании здесь речь? Но есть и другой уровень. У рычагов власти в ИИ, дата-центрах, корпорациях — не лучшие люди. Некоторые из них — социопаты. Сэм Альтман метит в рынок зарплат всех людей мира, его не волнует социальный эффект. Марк Цукерберг неоднократно нас обманывал с данными. Мыслей у человека много, но дофаминовый переключатель — уже не у него. Он разучился читать книжки без телефона. Что делать? Есть отличный мем: на вопрос «Что ты ждешь в этом году?» человек отвечает: «Цветы». — «Почему?» — «Потому что я их сажаю». Если хочешь клумбу — пойди и сделай. Тварь ли я дрожащая или право имею? Думаю, право имеем. Те, кто хочет быть, а не казаться, найдут применение ИИ, чтобы усиливать себя и не играть в иллюзию умного. Про вопросы, а не ответы Ко мне постоянно приходят журналисты и спрашивают бинарно: «ИИ поработит нас?», «Мы поумнеем или потупеем?». Футуролог не может быть сторонником одной позиции. Иначе он становится заложником своей картины мира.   Футуролог должен быть умеренным реалистом, показывать палитру вариантов и отходить в сторону. Потому что будущее — про вопросы, а не про ответы. Наша способность задавать правильные вопросы выведет нас на какой-то трек. Бинарные ответы делают нас заложниками ложной рамки. Невозможно превратить мир в рай. Но отсрочить его превращение в ад — вполне неплохая цель. Если мы дадим шанс одному мальчику или девочке