Недавно услышала песню «Ремесло» группы Zero People. Хорошая иллюстрация того, как ощущается изнутри оральная травма. Вот мое ремесло: Что умерло, то врачевать, Поливать то, что выжжено. Нам с тобой повезло. Мы знаем, что значит терять. Это значит, мы выживем. Человек с оральной травмой застревает в хроническом горе: как в бесконечном дурном сне он лечит умершее и поливает выжженное. Но умершее бесполезно врачевать: его нужно похоронить. А выжженная земля не сможет впитать воду: ее нужно засыпать новой землей или посадить на ней новые растения. Делая бесполезный и бесплодный труд, человек с оральной травмой длит и длит страдание, замыкаясь внутри горя, превращая жизнь в выживание. В романе «Ведьмин век» Марины и Сергея Дяченко потерявший подругу молодой парень снова и снова приходит на кладбище, отчаянно умоляя её вернуться. В итоге к нему является навка – нежить, принявшая облик погибшей девушки. Довольно быстро становится ясно, что единственная цель навки – увести живого с собой в мир мертвых, то есть попросту убить, сбросив фен в ванну, столкнув под поезд или с крыши. Расставание с навкой, несмотря на нешуточный риск смерти, дается герою тяжело, – он так до конца и не может понять, что она такое: просто злой дух, присвоивший образ его подруги, или все-таки сама девушка. Так человек с оральной травмой не может отличить живое от мертвого, реальность от морока, перестать инвестировать душевные силы в то, что умерло и что выжжено. И чтобы разомкнуть этот порочный круг, иногда требуется, как в «Ведьмином веке», ни много ни мало конец света – разрушение и радикальная перестройка несущей конструкции. Об оральной травме и оральном характере подробно писала здесь.