О принятии себя. Раньше я не могла понять, почему в группах поддержки по зависимостям, начинают знакомится с фразы: «Меня зовут так-то и я алкоголик» Позже, поняла. Это элементарно теория парадоксальных изменений, которая сообщает: «изменение проис­ходит, тогда, когда человек становится тем, кем он на самом деле является». В терапию мы приходим, чтобы откромсать какую-то неугодную часть, чтобы стать ещё лучше, избавиться от чего-то, что мешает нам жить. У нас есть какой-то образ себя, образ обязательно хорошего себя. А для того, чтобы стало немного лучше, достаточно просто себя узнать и признать то, кем ты являешься. Принять нелицеприятные части, за которые наказывали, ругали, лишали любви. И мы, идентифицировавшись, стали в себе также не признавать и избегать свои не сильные стороны. В терапии, это и происходит. Человек видит, что: - да, я зависим от другого человека (и мне нужно это для начала учитывать), - да, и я могу причинить боль другому, - да, я заточен на спасательство, потому что 20 лет, живя с родителями - это была единственная моя функция, и лезу спасать без запроса всех, а потом злюсь - и хожу по треугольнику спасатель- агрессор-жертва, бесконечно, - да, я не умею просить и шарахаюсь, когда дают, не могу взять, потому что есть внутри ощущение, что сам должен справляться или что не достоин. И избавиться от этого сложно, потому что это хорошо протоптанные дорожки, годами. Многие массово и поголовно хотят избавиться от созависимости, обучаются этому, думая, что это слабость, ненавидя себя за неё, и не отдавая себе отчёт в том, что так выживали поколения до нас. Это фундамент, который заложен был. И хорошо бы учитывать его. Зная свой анамнез. Ты не сравниваешь себя с тем, кто может то, чего у тебя никак не выходит. И не требуешь от себя, не выколачиваешь кирзовым сапогом. А как добрый родитель, учитывает слабости своего ребёнка и указывает на сильные стороны. И как хорошо бы ты себя не знал, важно помнить, что в состоянии стресса, все возвращается к базовым составляющим. И скупить всю гречку, имея коллективную память голодомора, очень даже адекватное решение. Есть одно хорошее упражнение. Представить напротив такого себя, с которым не хочется встречаться. От которого хочется отвернуться, сказать: «не, я не хочу на это смотреть». И когда ты смотришь на себя сидящего, который испуган, в истерике, панике, или не достоен хорошей жизни, растерянного, не справившегося, и он там сидит такой, реально никому не нужный. Через время появляется сочувствие и желание приблизиться и обнять. Когда видишь и знаешь себя, не только благородным и сильным, но и испуганным и не устойчивым, и присваиваешь себе эти качества, как не парадоксально, появляется силы и опора на себя. Тебе все меньше хочется осуждать кого-то: власть, партнера, потому что твоё теневое не зеркалалит тебе каждым некрасивым поступком другого. Ты знаешь, что ты можешь быть, как и ласковой матерью, так и жесткой. Как и любящей женщиной, так и отвергающей, холодной. Как опорной, так и истеричной. И пол здесь не имеет значения. На этом фото Дженифер взрослая обнимает себя малышку. Чаще всего наша отвергнутая часть - маленькая, которая будет вылазить из всех дыр, особенно в стрессе, как истеричный ребёнок, пока он, наконец, не получит внимание. Алёна Пономаренко