Классика раздора Нешуточные страсти разыгрались в Красноярской филармонии. Артистка с почти 30-летним стажем обнаружила, что с приходом нового начальства в 2019 году климат в коллективе стал для неё «невыносимым». Пока коллеги по цеху наслаждались творческой свободой и репетировали вне стен филармонии, ей было предписано заниматься самоподготовкой строго «в четырёх стенах». Её творческим пристанищем стал кабинет 4-83 — гримёрка без естественного света и звукоизоляции. В таких условиях оттачивать мастерство предлагалось по 7 часов в день, притом, что до реальных концертов и общих репетиций артистку попросту не допускали. Кроме того, руководство решило устроить «дьявольские» изменения в ПВТР, внеся в них приказом №666-П требование «сдавать партии» индивидуально дирижёру или концертмейстеру под угрозой недопуска к концерту. Также от нее потребовали согласиться с видеонаблюдением и конкретным рабочим местом, на котором ей теперь предстояло проводить самостоятельные репетиции. Когда виолончелистка отказалась подписывать эти изменения к договору, филармония исполнила финальный аккорд — увольнение 5 ноября 2024 года по статье за отказ работать в новых условиях, что и привело к суду. Руководство филармонии пыталось доказать, что видеонаблюдение и запирание артиста в гримёрке — это «организационные и технологические изменения условий труда». Однако суды апелляционной и кассационной инстанций этот «артистический этюд» не оценили. Суд резюмировал: • Конкретизация рабочего места (номера кабинетов) не является технологическим прорывом. • Обязанность индивидуально сдавать партии — это не «уточнение», а фактическое изменение трудовой функции, на которое работник не подписывался. • Видеонаблюдение не требует корректировок в трудовой договор. • Никаких реальных причин для изменения договора (кроме желания приструнить артистку) работодатель предъявить не смог. Финал: приказ об увольнении признан незаконным. Виолончелистка триумфально возвращается в оркестр, прихватив с собой 280 749 рублей за вынужденный прогул и 30 000 рублей в качестве компенсации за моральный диссонанс. Кассационная жалоба директора филармонии осталась без удовлетворения — занавес. В зале кто-то крикнул: "повторите", но скрипач играть уже не мог (определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 25.11.2025 № 88-19487/2025