Я поймал себя на том, что стою, прижимаясь лицом к стволу тощей сосенки. Стою и молочу кулаком по дереву. То ли в ярости, то ли в горе. Остановил руку, уже исцарапанную в кровь. Но звук не прекратился. Он шел из леса, с самой границы магического Барьера. Такие же ритмичные удары, нервная дробь. Пригибаясь, будто недоигравший в войну пейнтболист, я побежал между деревьями. В общем-то я догадывался, что увижу. На маленькой полянке прыгал тигр. Тигрица, точнее. Черно-оранжевая шкура лоснилась в лучах восходящего солнца. Тигрица не видела меня, она никого и ничего сейчас не замечала. Носилась между деревьями, и острые кинжалы когтей рвали кору. Белые шрамы вскипали на соснах. Иногда тигрица замирала, вставала на задние лапы и принималась рвать стволы когтями. Я медленно двинулся назад. Каждый из нас отдыхает как может. — Сергей Лукьяненко, "Ночной Дозор"