(Начало выше) Если постимся, то больше по привычке. Молитва и причастие уже не вызывают духовный подъем. Нам приходится принуждать себя делать что-то доброе и мы ищем поводов уклониться от этого. Нам чаще бросаются в глаза Евангельские несостыковки. Нас начинает заботить, как совместить безграничность Божественного милосердия и вечность адских мук. И главное, - в нас исчезает та радость, которая сопровождала нас в первые годы в Церкви, независимо от того, чем бы мы ни занимались. Во многом уныние - это потеря ощущения присутствия Божия. Отсюда рождалась эта непонятная и необъяснимая рационально радость. Радость вопреки любым негативным обстоятельствам и проблемам. Только переживший её и может понять слова апостола "Всегда радуйтесь!". Впадение в уныние довольно часто следствие нашего "духовного расслабления". Но в то же время может быть и этапом нашего духовного взросления. Отступая на время, Бог даёт нам возможность испытать себя сомнением, проявить свою свободу и верность Ему, научиться чувствовать Его даже сквозь эту стену молчания, верить и доверять. Уныние - лишь проявление, следствие этого глубокого духовного кризиса. Избавление от него должно начинаться с покаяния: в утрате веры и упования на Бога, в духовной лености, в поглощенности пустыми заботами и хлопотами Основной же способ преодоления состояния уныния - это терпение, твердость и постоянство - в молитве, причастии и своем служении. Люди, пережившие "темную ночь души", советуют не оставлять того, что приносило когда-то духовную радость, искать Бога не только в молитве, но и в каждом моменте своей жизни. Особенно, во встречах с друзьями и близкими людьми. Постоянно напоминать себе о милосердии и любви Божией. И воспринимать период духовной сухости или уныния, как время ожидания радости новой Встречи с Богом. 3. Религиозное уныние и депрессию следует также отличать от скорби, которую чаще всего вызывают конкретные тяжёлые жизненные обстоятельства. Например, смерть или болезнь близких, развод или разрыв отношений, потери и лишения во время войны или стихийного бедствия. Скорбь - не грех (в отличие от уныния) и не болезнь (в отличие от депрессии), а естественная реакция человеческой психики на нарушение привычной картины мира и условий жизни. Она может сопровождаться депрессивным состоянием и вызывать болезнь, но может переживаться человеком и сама по себе. Чувством тоски, апатии, потерей интереса к жизни и привычным занятиям она сходна с депрессией. При этом при скорби эти чувства накатывают на человека волнами. Временами он может быть даже весел (например, с радостью вспоминать что-то доброе об умершем близком человеке), а времена чувствовать боль и тоску (например, оставаясь один). При депрессии такие негативные состояния более стабильны. Человек погружается в них на несколько недель, не всплывая на поверхность. Что в конце-концов и приводит его к самоубийству. Скорбь, в отличие от депрессии, редко связана с ощущением собственной никчемности и отвращением к себе. В случае же депрессивных расстройств именно "ненужность, недостойность, никчемность" и подталкивают человека к самоубийству. Так что в какой-то момент ни о чем другом думать он уже не может. Скорбь равно успешно лечится, как психологической поддержкой, так и традиционными духовными средствами (а лучше всего, совмещением того и другого). Сосредоточение на молитве, беседа с хорошим, понимающим священником, причастие Тела и Крови Христовых, переключение внимание со своего горя на чужое (помощь тем, кому может быть хуже, чем тебе), - помогают человеку пережить этот тяжёлое время и справиться с горем. (Окончание ниже)