Постановка правовой проблемы как ключевая компетенция и задача цивилиста, которая не может выполняться искусственным интеллектом Убежден, что частное право (цивилистика) в полной мере это то, что происходит в действии, то есть приводит к разрешению конкретного конфликта интересов (как правило, в суде). То, что мы наблюдаем в тексте отдельных законов, содержащих нормы для разрешения таких конфликтов, есть, во-первых, результат абстракции на основе тысяч и миллионов ранее решенных аналогичных случаев, во-вторых, лишь отправная точка для данного конкретного случая. Появление в таком случае значимого обстоятельства, отличающего разбираемый конфликт от типичного, абстрагированного до нормы, будет предпосылкой для выработки нового баланса интересов для данного конкретного спора. Само по себе разрешение конфликта частных интересов предполагает следующие последовательные стадии: 1) определение правовой проблемы по делу (в чем состоит сочетание значимых обстоятельств при столкновении данных интересов); 2) выработка правовой позиции (как при таких обстоятельствах правильно определить баланс соответствующих интересов). В свою очередь, выявление правовой проблемы не может быть механически алгоритмизировано, это всегда определение человеком того, что в данном случае является значимым. Квалификация того или иного обстоятельства как значимого, подлежащего учету предполагает обращение в конкретном случае к требованиям справедливости, чувство которой принадлежит человеку, но не может быть передано в полной мере машине. Да, машина может сказать, что люди считали справедливым тысячу раз до этого, но она не может сказать, справедливо ли это в данном конкретном случае, так как она не может выделять значимые обстоятельства, ранее не выделявшиеся человеком. В терминах науки гражданского права можно сказать, что машина может определять, имеются ли в данном случае юридические факты, ранее уже выделенные в абстрактной норме или практике, но она не может признать, что в данном конкретном случае может иметь значение еще какой-либо факт (становящийся потому юридическим фактом). К схожим выводам приходят и Erik Brynjolfsson и Andrew McAfee в The Business of Artificial Intelligence / Harvard Business Review (2017), которые пишут, что компьютеры хороши в ответах на вопросы, но они бесполезны в их постановке; машины хорошо работают с обработкой ранее встречавшихся случаев, но имеют проблемы в ситуации, когда что-то выходит за пределы training data (данные из предшествующих решений, которые обрабатываются машиной для своего функционирования). Потому, считают они, имеется будущее у компетенций людей, которые занимаются постановкой все новых проблем и выявлением новых возможностей. Это и есть цивилисты в истинном значении этого слова.