Сущности без надобности. Часть вторая Раненая часть Очень много сущностей плодится из-за недаденного, проигнорированного или обесцененного значимыми взрослыми в детстве. Ты как будто бы живешь всю жизнь с дырами или пустотами внутри и бесконечно пытаешься их заделать. Это ярко описано в стихе Аглаи Датешидзе:  Доктор, порассмотрев на стене ковры, Через меня, сообщил мне, что нет дыры. Мама навешала елочной мишуры. Папа велел мне стыдиться своей хандры. Я лила в нее кофе, несла цветы, Чтобы как-то спасаться от пустоты. Я вставляла туда мужчин, подруг, Книги, идеи, работу и все вокруг. Если раньше за контакт с детской частью, а это именно она обычно изранена, отвечали те, кто нас растили, то сейчас уже мы сами. Но переняли мы опыт обращения с собой и своими частями от них. И в сегодняшнем дне мы сами уже можем: - одергивать свою детскую часть при ее попытке контакта с нами («это глупо», «это неуместно» и прочие оценки вместо поддержки); - не доверять собственным чувствам («ты все неправильно воспринимаешь»); - стыдить себя («да сколько можно ныть»); - запугивать или угрожать («такой ты точно никому не нужен»). Это такой своего рода внутренний гаслайтинг. Тем самым пустоты остаются, а раненые части иногда раздербаниваются заново. Или другими словами: мы оставляем эту часть в убежденности, что с ней действительно что-то не так.  И вот тут важное: агрессивный внутренний процесс не может быть остановлен кем-то или чем-то извне.  Когда в минуты сильного переживания рука тянется к бутылке, веществу или сообщению качельному бывшему, нужно смотреть в два фактора. 1. Не выработан навык выдерживать (и/или выражать) свои сильные чувства. 2. Есть иллюзия, что мы можем согреться и заполнить холодные пустоты чем-то внешним. Но, к сожалению, это может быть только очень временной анестезией. Исцеление будет лишь в нахождении контакта с этой уязвленной частью, и это всегда история очень индивидуальная, хороший терапевт вам в помощь.