Есть ли корреляция между трендом на отказ от алкоголя и ростом нераспроданной продукции у крупнейших алкогольных компаний? Недавно мне написал знакомый с вопросом. Антон (в прошлом преподаватель в Сколково, а сейчас бизнес-тренер и аналитик по релокации) прислал мне пост Максима Спиридонова со статистикой Financial Times. На графиках — доля складских запасов пяти ведущих алкогольных компаний в их годовой выручке. На что обращают внимание в посте: Все кривые ползут вверх. Но особенно впечатляет Rémy Cointreau, на чьих складах скопилось продукции на сумму €1,8 млрд. Это почти вдвое больше годовой выручки и сопоставимо с капитализацией всей компании (!). Общая стоимость запасов выдержанных спиртных напитков у лидеров рынка - $22 миллиарда, что является самым высоким уровнем за более чем десятилетие. Но есть ли здесь прямая причинно-следственная связь между сменой предпочтений потребителей и падением продаж? Моё мнение: Я обсуждал вопрос с западными производителями: они называют это кризисом перепроизводства, который повторяется примерно раз в 8 лет. С учётом роста протекционизма, инфляции, падения покупательской способности и смены поколений запасы на складах действительно могут увеличиваться. В России такой ситуации со складами нет. P. S. Молодёжь действительно меньше пьёт, меньше социализируется и меньше размножается — это общая тенденция.