Вот как так еврейки умеют делать, что всегда в центре внимания? Тут, вроде, армянка у микрофона, а разговоров только о ней, опять о моей Софи. Вот, например, наша с ней переписка по поводу замедления Телеги. Если это не поэзия, то что тогда, я вас спрашиваю? Но в целом, да, у всех админов подгорает. Что делать? Что делать? Представьте, что вы в лифте с голой бабушкой. Правильно! Ничего не надо делать. Смотрите поверх ее хнойных волос. Улыбайтесь, но не слишком. Чтобы она не захотела вступить с вами в разговор. Но и серьезным быть не стоит, тогда бабушка подумает, что вы ее осуждаете. А осуждение - это не полезно. Под осуждением ваша хорошая карма горит, как бенгальский огонек. Только искры летят. Админы телеги массово шутят, что пора переходить в эскорт. Мол, сопровождение нашей жизни, как собственно и сама наша админская жизнь, скоро никому будут не нужны, а вот сопровождение состоятельных мужчин еще со времен эпоса про Гильгамеша пользовалось почетом и уважением. Шумерские эскортницы, например, работали прямо в храмах и деньги шли сразу служителям культа. Телега для культа мелковата. Да и сама Пашкина идея о свободе слова, после всего, что с нами случилось – я вас умоляю. Кому нужна свобода слова, если ты даже своим овуляционном циклом не управляешь? Человеку беспокоится о свободе слова – это все равно, что чертановской инфузории туфельке, прозябающей в луже у метро, переживать об особенностях использовании ямбического пентаметра в ранних сонетах Шекспира. В целом можно, конечно, если сильно хочется, но лучше бы о делении подумала. Да и сам Паша не тянет на полноценного пророка. Сам-то он не плох, сложен как Бог. Но если он серьезно метит в Спасителя, то придется ему рано и, при не до конца выясненных обстоятельствах, умереть. Тогда еще можно поговорить. Пиарщики, маркетологи и теософы все равно проплачены до конца года, так пусть работают на загробную жизнь теперь, раз в этой не доработали. Легенда в обмен на жизнь. И Пашкина амбициозность бежит и орет – «Всего лишь твоя жизнь! Как дешево! Давай купим!». Но это я шучу, конечно. Паша классный. Пусть живет долго и счастливо. Остаемся зимовать, потому что здесь нет и не было придумано ничего, кроме зимы. А нам нравится.