Но литература – не единственный проект, который я с треском провалила. Как говорится, и не такие проекты заваливали. Речь пойдет о моих танцах. В начале года я пообещала себе научиться делать так называемый фронтдроп. Это когда ты лежишь животом на полу (в моем-то возрасте на этом можно и остановится). Так вот, лежишь на полу, потом раскачиваешься как лодочка, выгнув позвоночник. Затем отталкиваешься руками, подпрыгиваешь на них вверх, в полете поднимаешь ноги и делаешь ими небольшую петлю. Останется только подкрутить копчик и выпрыгнуть на каблуки. Есть две момента – зубы и лобковая кость. Если во время прыжка не оттолкнуться руками, то можно выбить зубы об пол, а если вовремя не подкрутить копчик, то ударишься лобковой костью. Мой муж, конечно, любит меня, но я отчетливо увидела эту картину. Стою я перед ним, вместо белых зубов - черные, кровавые дыры; виновато улыбаюсь. Кто сказал, что эта женщина – прочитанная книга? И после десяти лет, я все еще тебя удивляю, мэн. И он такой: Да ну нах. Легче новую завести, чем этой рот залатать. Поэтому я заранее выставляла руки вперед и очень берегла зубы. А лобковая кость – она же на то и кость, что ей ничего не будет. Правда же? Правда же! Вы смотрели фильм Параджанова «Цвет граната»? Там есть такой эпизод, когда живую рыбу кладут на раскаленный асфальт и она, несчастная, покинутая, извивается ужом. Её острая голова дотягивается почти до хвоста. Она желает жизни, но жизнь больше не желает ее в ответ. А рыба продолжает что-то требовать, изгибаться, ругать правительство и ненавидеть мать с отцом. А дело уже сделано. Нет больше никакой рыбы. Только эти плюхи на асфальте. Я прокручивала в голове каждый этап трюка. В голове получалось стройно. На деле было так: я отталкивалась руками, задирала ноги к потолку, делала петлю, но забывала подкрутить копчик и плюхалась лобковой костью об пол. На мате такую штуку не сделаешь, нужна инерция. Поэтому я раз за разом плюхалась плашмя об пол. Эта рыба вышла из зоны комфорта на столько, что больше уже и не рыба вовсе: – Суд решит кто она теперь. – Она была хорошей, законопослушной рыбой, работала, платила налоги. Откладывала икру и на черный день. Короче, помилуйте ее. Каждый из вас когда-то ударялся голенью. Каждый из вас знает, какая это ужасная боль. С лобковой костью боль еще ярче. Она начинается как небольшой электрический разряд ниже пупка, затем разряд становится сильнее и окутывает всю зону промежности и теперь это уже не электричество, а натурально роды – когда тазовые кости вдруг решают разъехаться по разным квартирам, на неопределенный срок. И затем эта разноцветная ярмарка ощущений разливается по всему тазовому дну, затрагивая и седалищную кость и, конечно, копчик. У меня потемнело в глазах. Но кто я такая, чтобы сдаваться. Я повторяла этот трюк снова и снова. Раскачивалась лодочкой, отталкивалась руками, поднимала ноги, делала петлю. И снова и снова я приземлялась плашмя на пол. В какой-то момент мой мозг решил схитрить – отличное начало для рассказа. Мой мозг, разуверившись в том, что он – центр принятия решений, решил в момент прикосновения с полом, подкрутить-таки копчик, и рубанулась я об пол подвздошными костями. Это там, где у нас бедра начинаются. После этого уже ничего не помню. Кажется, я дала трещину. (Прямо как с романом). Кажется, сначала на ноги встала моя левая часть, а потом правая. Пока я шла домой я отчётливо ощущала полный рассинхрон тела. Правая сторона уже поднимала ногу для шага, а левая – подкручивала копчик. Жалкое зрелище. Но знаете что – я сделаю этот долбанный фронтдроп. Обязательно сделаю. И тексту новому быть. Сегодня ночью у замёрзшей реки я слышала его шаманский хохот.