Когда мы дружили с Анькой, мне казалось, что у нас всё на равных одинаковые платья, одинаковое чувство юмора, одинаковое «плевать, кто прав, главное что рядом». Мы делились всем: деньгами, одеждой, радостью и болью, даже парнями. А потом вдруг в какой-то момент я поняла, что это больше не деление, а слив. Что она говорит, а я только слушаю. Её работа важнее, её история громче, её слёзы повод, а мои драматизм. Я пыталась пару раз сказать: «А можно теперь я?» - но она перебивала, смеялась или переводила тему. И я замолчала. А потом в один из вечеров мы встретились в кафе, я смотрела, как она третий раз рассказывает о своей начальнице, и вдруг поняла: я знаю эту историю наизусть. Я знаю всё, что она скажет. А она ничего знать обо мне не хочет. Я доела салат, сказала: «Мне пора», и вышла. Я поняла, что прежней дружбы уже не будет. Мы выросли