В свете вводимых ограничений на латиницу в вывесках и проч. уже становится невозможно игнорировать тот всем очевидный факт, что национальный мессенджер на самом деле не [макс], а [мах], что, как известно, в переводе с осетинского языка „мы“. Очень удачное название для национального мессенджера, где все мы собираемся в эти дни по разным причинам.