464просмотров
5 марта 2026 г.
Score: 510
Габан Шараб сообщает, что участники составления Уложения поклялись …. «Не делать цохорами монголов и людей одной кости (ойратов)». Стр 209 (Батмаев М.М. «Социально-политический строй и хозяйство калмыков в 17-18 вв.») Термин «цохор» или «китад» в русских документах переводится как «холоп», «раб». Также в своде законов «Ик Цааҗ» не было смертной казни. Привлекает внимание термин «китад», по-монгольски и по-калмыцки «китд» - китаец. Это указывает на то, что ранее в рабов обращались пленные китайцы, т.е. термин сформировался еще на территории Монголии. В более позднее время раб – это пленный-инородец. Что касается термина цохор – цоохр, (калм. пестрый, двуцветный) в китады и цохоры обращались помимо пленных инородцев, люди, совершившие преступления, или не выплатившие долги. Так что термин цоохр – пестрый, рябой – может означать, амбивалентность положения человека. Т.е. должник, выплатив долги, может выйти из этого состояния. Из статьи Очирова У.Б. «Система судоустройства калмыков в ХVIII в.:
«Известный исследователь-востоковед академик П. С. Паллас писал: «…подлинно примечания достойно, что Калмыцкие Князьки издревле помышляли о законах, и сделали такие учреждения, которыя могут посрамить узаконения тех Европейских земель, которыя политичными почитаются, и вольных Асиатских народов варварами называют… В их уложении человеческая жизнь почитается весьма высоко, и по тому не предписано ни обыкновеннаго, ниже чрезвычайнаго мучения или изтязания, дабы чрез то невинным принудить к признанию в преступлении, о котором они никогда не помышляли. Но за всякие… случающияся преступления положены состоящие в имении (то есть штрафы или конфискация. — У. О., В. Ш.), а очень редко телесные наказания, и не токмо Князькам, но и всем простым предписаны правила, как им во всех случаях поступать» [Паллас 1773: 486]. В законах Дондук Даши уже вводятся телесные наказания, т.е. начали «просвещаться» и «цивилизоваться». Более того с середины 17 века стали появляться случаи продажи калмыков в рабство. Дондук-Даши пытается прекратить такие практики, но времена меняются.