О цыплятах, продолжение Вернемся к нашему цыпленку. В корне cücə есть только гласные переднего ряда — ü и ə. Значит, мы смело приклеиваем к нему суффикс -lər, получаем cücələr — «цыплята». А вот если бы девочка пела не про цыплят, а, скажем, про ягнят, то от quzu («ягненок») она образовала бы множественное число quzular (кузулар, «ягнята»). Только гласные заднего ряда. Но девочка не останавливается. Она хочет в этом же слове подчеркнуть, что это именно ее цыплята, а не чьи-то еще. И в азербайджанском это тоже делается с помощью суффикса. Какого? -im (им) или -ım (ым)? Внимательный читатель уже прекрасно понимает, что это может быть только суффикс -im, чтобы не нарушать всё ту же гармонию гласных — получаем cücələrim, «мои цыплята». В примере с ягнятами это было бы quzularım (кузуларым, «мои ягнята»). А если бы девочка хотела сказать «наши цыплята»? Она бы спела cücələrimiz. «Твои цыплята» — cücələrin, «его цыплята» — cücələri и так далее. Для каждого лица и числа свой суффикс. И вот что происходит: слово cücələrim уже означает «мои цыплята», дополнительного местоимения mənim («мои») не требуется. Но и не запрещается, поэтому хор поёт: — Mənim А девочка вторит: — Cücələrim И опять: — Mənim — Cücələrim Жаль, что слово cücələrim в песне стоят в именительном падеже и к нему не приклеен еще и какой-нибудь падежный суффикс. Вот было бы там что-нибудь вроде cücələrimdən — «от моих цыплят», тогда поговорили бы еще и о падежах. Но и без того получилось немало! И вот оказывается, что одно детское слово — cücələrim — рассказывает нам о тюркских языках сразу три важные вещи: как они любят гармонию гласных, как строят слова цепочкой суффиксов (в лингвистике это явление называется агглютинацией) и как много грамматики может уместиться в одной словоформе. Конечно, по одному слову и даже по одной песенке нельзя выучить язык. Но можно почувствовать, как устроен язык, непохожий на всё, к чему вы привыкли, и, может быть, захотеть узнать его поближе.