8.  О консервативных гастрономических привычках соотечественников рассказывает в «Записках» один из приятелей Александра Пушкина — Филипп Вигель: «Французские блюда почитались как бы необходимым церемониалом званых обедов, а русские кушания — пироги, студени, ботвиньи — оставались привычною любимою пищей». В России уже возникал интерес к гастрономии как части национального проекта? Как связаны политические колебания в обществе и мода на русскую кухню? - Кухня не раз становилась в нашей стране частью политической повестки. «Гостиные наполнились патриотами: кто высыпал из табакерки французский табак и стал нюхать русский; кто сжег десяток французских брошюрок, кто отказался от лафита и принялся за кислые щи», - описывал А.С.Пушкин один из таких случаев. Не правда ли, что-то это нам напоминает? Если же серьезно, то кухня использовалась разными политическими силами в своей борьбе. Пытались притянуть ее к своим взглядам и славянофилы, и откровенные черносотенцы. Собственно, и сегодня один из членов Рабочей группы Минпромторга не стесняется ставить на свои публикации в соцсети тэг #трактир михаила архангела. Как видите «черная сотня» сегодня снова в моде. И похоже не только в кулинарной. Примером, когда кухня использовалась в интересах прогресса, является микояновская реформа 1930-х годов. При всех издержках эпохи, Анастас Микоян не стеснялся заимствовать лучшее за рубежом, и на этой основе создавать новую советскую кухню. Скажем прямо, в СССР было немного успешных гуманитарных национальных проектов. Бесплатное образование, всеобщая медицина и… та самая советская кулинария. Естественно, в лучшем ее прочтении. 9.  Историк Вера Бокова в книге «Повседневная жизнь Москвы в XIX веке» пишет: «Ели в дворянских домах, как и везде в Москве, часто и помногу. Поутру, в полдевятого-девять, пили чай со сливками и белым хлебом (калачами, солеными бубликами); около полудня обильно завтракали чем-нибудь горячим и часто мясным, что считалось слишком простым для обеда, – битками, котлетами, оладьями, сырниками, яичницей, а часто всем сразу…» Равняться на дворян приятнее, чем на крестьян. Получается, в прошлом россияне ели больше, а сами блюда была калорийнее? - Если почитать «Домострой», то вы и вовсе со счету собьетесь от обилия яств за обедом. Только все это «эффект выжившего». Не кому было в XVI веке писать о том, как крестьяне с лебеды на квас перебивались. К XIX столетию все, конечно, изменилось. В том смысле, что нашлись писатели. А сегодня это просто такая общественная «оптика». Вот в советские времена из всей дореволюционной публицистики выбирали сюжеты о страданиях простого народа, голоде и недоедании. Нынче же, с учетом возвращения в славное прошлое, вектор изменился. И в моде «хруст французской булки» (вернее, русского калача с семгой), лакеи, юнкера. А также молодые наркомы в кожанках. Ими представляют себя многие россияне, ностальгируя по утраченной стране. А вот почему-то крестьянином, которого дерут вожжами на конюшне, или простым советским заключенным никто себя не мыслит. Все-таки в какую оптимистическую эпоху мы живем!