Муж мой, вообразив себя Гераклом, пыхтел, сопел и поднимал на наш премиальный пятый этаж солидный деревянный стол. Тяжелый (неотъемлемое качеством солидности). Я, как водится, им восхищалась — и немного страдала. Потому что стоило прежнему столу исчезнуть, как обнаружилось то, о чём приличные люди предпочитают не знать: следы еды, детей и жизни. Даже муравей, не смущаясь, протопал мимо — с таким видом, будто он здесь старожил, а мы — так, наездами. Я подумала: всё. В следующей кухне сделаю, как древние греки. Покрою пол мозаикой с объедками. Буду жить по Эпикуру — кажется, мы с ним прекрасно бы поняли друг друга. Был у них такой сюжет — «неподметённая комната». Пол, на котором заботливо выложены кости, корки и прочие следы удавшегося ужина. Сделано это с таким тщанием, что иной гость, пожалуй, захотел бы тихонько позвать прислугу. Придумал это грек по имени Сосус — человек, очевидно, наблюдательный и с чувством юмора. А римляне, как люди серьёзные, немедленно переняли и довели до совершенства. И ходили потом по этим «остаткам», радуясь жизни, изобилию и собственной утончённости. Говорят, это всё было про удовольствие и избавление от страданий. Хотя, по-моему, здесь есть ещё и тонкий намёк: не всё, что кажется настоящим, так уж и существует. Иногда перед вами просто очень хорошая мозаика. А иногда — вполне настоящий муравей. Кстати, на одной из таких мозаик есть мышь с орехом. Совершенно очаровательная. Почти хочется завести. Как вам идея древних греков — готовы у себя применить?