Три инстанции Я Политическая теория Нового времени выдвинула концепцию разделения властей, которая хорошо известна и современному человеку. Власть делится на законодательную, судебную и исполнительную ветви. Мы можем указать, что подобное разделение имеет место не только в правовых институтах. Там оно появилось только с определённого исторического этапа. Но это разделение имеет место в самом человеческом Я. В Я это разделение наличествовало и до того, как оно утвердилось в политике и праве. Всякое наше решение требует произведения нами некоторых правил, которые мы готовы признавать. Мышление правил в Я соответствует деятельности законодательной власти. Но иметь правила ещё не значит уметь их непосредственно применять к обстоятельствам. Правила имеют значение всеобщего, в то время как обстоятельства единичны. Представим студента, который выучил для экзамена предмет, качественно связав все правила и их отношения. Он прекрасно отвечает экзаменатору на все вопросы, которые тот ему задаёт относительно теории. Но затем студент теряется от одного вопроса, который, как казалось, должен быть простым: преподаватель просит привести примеры действия соответствующих законов. Знание правил какой-то науки ещё не означает, что мы легко можем привести пример, поскольку между этими правилами и примерами имеет место отношение всеобщего и единичного. Деятельность по подведению единичного под всеобщее Кант называл способностью суждения. Достаточно легко ассоциировать эту деятельность нашего ума с деятельностью судебной власти. Подвести единичные обстоятельства под правило — значит вынести об этих обстоятельствах суждение. И точно так же суд должен вынести суждение по определённому делу: он должен классифицировать некоторые деяния людей относительно имеющихся законов. Завершив законодательный и судебный моменты, мы всё ещё не завершили все необходимые действия. Приговор суда должен быть приведён в исполнение, а для этого нужны силы исполнительной власти, обеспеченные соответствующими средствами. Также и индивидуальное понимание того, какое решение следует осуществить в данных обстоятельствах, нуждается ещё в дополнительном прибавлении для успешного осуществления соответствующего действия. Это прибавление заключается в наличии желания исполнить предписания нашего разума и силы нашей воли в таком соотношении, чтобы они могли реализовать соответствующий поступок (для этого соотношение правила, желания и силы воли должны удовлетворять условиям главного закона воли). Если мы перенесём эти утверждения в область моральной проблематики, то мы должны заключить, что осуществление морального поведения ещё не может быть исчерпано предоставлением этической теории. Порой думают, что изложение этики означает, что мы предоставляем простой алгоритм морального действия (а невозможность моментально разрешить всякую этическую дилемму трактуется либо против данной теории, либо вообще против возможности построения этической теории). Реально же понимание моральных законов ещё не самостоятельно, и всякая ситуация требует дополнительного приложения труда. Всякий, кто сталкивался с работой судебных правовых инстанций, знает, насколько много это порой требует времени и труда сразу от ряда юридически компетентных людей. В области морали же в аналогичной ситуации люди нередко полагают, что суждение должно выноситься мгновенно. Таким образом, моральная жизнь требует не только знания самих этических законов, но и способности судить и также требует поддержания своей воли в соответствующем состоянии (без чего мы лишь будем иметь представление о благе, но не следовать ему).