Библеист и переводчик Андрей Десницкий описывал проблематику перевода фразы "не вливают молодое вино в ветхие мехи", встречающейся в Евангелиях. Меха — это бурдюк, он используется для хранения вина, и по устоявшемуся толкованию это значит, что обновлённой вере требуется обновлённая форма, которую не сдержать в старой. Это метафора. Но, скажем, автохтоны северных районов России не имеют традиции виноделия, и потому для передачи смысла была взята другая аналогия. А что делать, если речь не о попытке передачи бытовых метафор, а о чём-то другом, более сложном? Например — о самом понятии Бога, вовсе неочевидном для многих народов как Всесоздателя и Абсолюта, поскольку сам мир они воспринимают вечным, не требующим создания? С такой проблемой столкнулась католическая миссия Франциска Ксавье в Японии в середине XVI века. Японская религиозно-философская система на основе буддизма и анимизма была далека от христианской концепции единого Бога-Творца. В итоге, при попытки адаптации понятия христианского Бога произошёл забавный курьёз, который английский историк Джон Бэйли Сэнсом в книге «Япония. Краткая история культуры» описал следующим образом: «Франциск Ксавье в первых проповедях неосознанно призывал японцев почитать Дайнити, думая, что Дайнити (Будда Вайрочана) — японское слово для обозначения верховного божества. Проблема перевода слова «Бог» стала камнем преткновения в проповеди христианства, так как ни в китайском, ни в японском языках нет слова, точно выражающего монотеистическую христианскую концепцию». Вследствие этого японцы долгое время думали, что католики — очередная буддийская секта, пришедшая с Севера, которых к тому моменту в Японии было полно. Пожалуй, существенное преимущество христиан в миссии в сравнении с мусульманами (и тем более иудеями, не склонными к прозелитизму) в том, что они не скованы рамками «священного языка», поскольку воспринимают Библию и её переводы как богодухновенные (подробнее тут). Если Святой Дух вдохновлял автора оригинального текста, то так же он мог содействовать и переводчику. Поэтому, при понимании возможности утраты некоторых смыслов, христианам не приходилось ломать голову над выбором между двумя подходами, как это приходилось делать другим. Завершая заметку, хочется процитировать замечание самого Сэнсома: «Изучая распространение зарубежной религии и философии, всегда следует помнить о языковой проблеме». Её избежать не получится