Новая монография Александра Дюкова «Арест и освобождение В. И. Ульянова (Ленина) в австрийской Галиции в августе 1914 г. Источниковедческое исследование» реконструирует связи Ленина с военной разведкой Австро-Венгрии. Исследование, как заявляет сам автор, основано на архивных материалах из России, Польши, Австрии и США. Книга еще не вышла, но она уже вызвала бурные реакции. Коммунисты подвергают сомнению подлинность источников и отрицают сам факт связей пролетарского вождя с австрийскими спецслужбами. Некоторые правые, напротив, трактуют работу как «удар по самому фундаменту советского мифа», который на принципиальном уровне дискредитирует коммунистическую систему. Оставив в стороне вопрос о том, верны ли непосредственные выводы Дюкова, редакция этого канала приветствует ввод в оборот новых архивных материалов и уточнение биографий ключевых исторических деятелей. Вместе с тем мы скептически относимся к политическим выводам, которые, на наш взгляд, не вытекают из установленных фактов. Согласно Дюкову, австро-венгерские власти оказывали Ленину всестороннюю поддержку: гарантию безопасности, прекращение слежки за ним и его товарищами, содействие переправке революционной литературы через границу, помощь с документами, освобождение после случайного ареста. Эти контакты заметно облегчали его деятельность как в эмиграции, так и в России. У большевиков и Австро-Венгрии был общий враг — российская императорское государство. На момент 1914 года их интересы временно совпали, что сделало возможным прагматическое сотрудничество. Однако совпадение интересов не означает их тождественности и не доказывает подчиненности одной стороны другой. История знает множество примеров, когда самые разные политические силы вступали в тактические альянсы ради достижения собственных целей. Характерно, что ту же логику применяют левые, чтобы оправдывать договор о ненападении с Германией как временный тактический союз в интересах СССР. Аналогично можно было бы объявить США и Великобританию «агентами коммунизма» из-за их сотрудничества с СССР во время Второй мировой войны. Ленин мог использовать контакты с австрийцами — как и с любыми другими потенциальными союзниками — исходя из политической целесообразности и собственной выгоды. Сам по себе предполагаемый факт такого сотрудничества не автоматически опровергает искренность или самостоятельность его проекта. Для такой оценки необходимо обратиться к идеям и поступкам самого Ленина. На протяжении десятилетий лидер российских коммунистов последовательно выступал за непримиримую классовую борьбу, внутренний раскол русского общества, поражение российского государства в войне и «превращение империалистической войны в гражданскую». Эти идеи оказались не пустым звуком. После прихода к власти, Ленин делал все, чтобы последовательно воплотить свои идеи в жизни. Он не только начал красный террор, но гордо и торжественно заявил об создании «первого правительства в мире, которое может о гражданской войне говорить открыто […] Да, мы начали и ведем войну против эксплуататоров». Идеи, которые привели к проведению этой политики, существуют независимо от предполагаемых связей Ленина со спецслужбами, и даже независимо от личности самого Ленина — их разделяли тысячи других российских левых радикалов. Любые возможные биографические эпизоды Ленина могут раскрывать его как человека и деятеля — но критика его личности не является опровержением его идей. Контакты Ленина с австрийскими службами не дискредитирует коммунистический эксперимент. Коммунистический эксперимент дискредитирует сам себя.