Зачем нужна уязвимость? Недавно была на обучении экзистенциальному подходу. И одной из самых важных задач звучала глубинная встреча с собственными уязвимостями. На этом моменте ведущие пригласили нас свериться, все ли в терапии в глубинном подходе, чтобы мы могли вынести интенсивность обучения (посмотрели на себя, на соседа — пошли дальше). Так зачем это нужно? Дело в том, что уязвимость — обратная сторона устойчивости. Границы моего собственного «невыносимо» — это потолок для моего клиента. Если я боюсь своей растерянности или бессилия, я буду выходить из контакта с клиентом, как только мы дойдем до этой точки. А нет контакта — нет работы, нет терапии. Профессионализм психолога — это объем того, что он может в себя вместить, не выключаясь из процесса. Это готовность стоять рядом с другим в его личной «тьме» и не пытаться немедленно включить там свет или навести порядок. Мы даем человеку опору не через «смотри, как надо», а своим присутствием рядом с ним — любым: слабым, нелепым или отчаявшимся, когда больно и страшно. Но это разрешение весит ровно столько, сколько его у нас есть для самих себя. Изменения происходят, когда рядом есть другой, который тоже знает, что такое страх и пустота, но при этом — не уходит и не прячется. И тогда вместе с ним пройти этот путь не так страшно. Так что мы просто учимся быть честными попутчиками. Оказывается, быть живым человеком рядом с другим живым человеком — это и есть самая удивительная и сложная часть работы. Кстати, это работает и в обычной жизни, вне профессии психолога. Эту черту контакта с собственными уязвимостями (а значит с тем, насколько я знаю и принимаю себя = люблю) можно обнаружить: - То, сколько мы можем выдержать рядом с близким, которому плохо, пока не сорвемся на «да ладно, не грусти», — это мера нашего принятия собственной печали. - То, сколько мы выносим рядом с гневающимся ребенком до рокового «веди себя нормально!», — это и есть черта контакта с собственным гневом. - А наша реакция на чужую глупость или неловкость — тот самый «испанский стыд», когда хочется провалиться сквозь землю за другого — это черта, за которой мы не принимаем собственное право быть нелепым и неидеальным. И так далее. И тому подобное. Получается, что наша способность любить другого и быть с ним в его подлинности напрямую ограничена тем, насколько мы осмелились узнать и принять собственную хрупкость. Вот так пост про психологию превратился в пост про любовь. Вы поняли, как это произошло? Я нет — буду перечитывать. А где вы замечаете свою «черту» контакте с близкими? #эгт@voicetohold Связаться со мной / Задать вопрос @gorelova_anna