Смотрели грузинскую версию «Убойного футбола»? Посмотрите, тем более и повод есть — сегодня сто лет со дня рождения замечательного грузинского режиссера Наны Мчедлидзе. В семидесятых, когда «Грузия-фильм» уверенно превращалась в главного поставщика доступной экзотики, в том числе и ее руками ковался фирменный стиль советского «средиземноморского кино» — легкого, смешного, с ненавязчивым «на подумать» ближе к финалу. Время, когда Тенгиз Абуладзе еще снимал притчи без откровенной политоты (но уже с фигой в кармане), а короткометражный анекдот Ираклия Квирикадзе про застрявшего в кувшине дядьку внезапно становился событием всесоюзного значения. В эту прекрасную эпоху Мчелидзе выпускает спортивную комедию «Первая ласточка». Первые ростки грузинского футбола, взошедшие еще до революции: диковатые жители города Поти делятся на две команды (женатых и холостых), после чего с веселыми криками носятся за мячиком. У них даже свой Месси есть — великовозрастный бомбардир Ясон (Давид Абашидзе). Но волне растущей популярности футбола из стихийной беготни рождается первая команда, которая принимает вызовы иностранных гостей. И тут «Первая ласточка» хитро обыгрывает канон спортивного кино через грузинский менталитет. Много-премного лет драмы о футболистах кормят нас мотивационных скамом в духе «верь в себя — и все получится». Когда английские матросы разделывают грузинских энтузиастов под орех, оказывается, что оптимизм помогает не побеждать, а не впадать в уныние после поражения. В финале отмучившиеся спортсмены выходят на берег и поют песни — делу не поможет, но хотя бы будет не так грустно. Фильм Мчелидзе описывает чувство постсоветского футбола лучше, чем любая ногомячная драма последних лет десяти.