Пересмотрел тут «Наум. Предчувствия» (он как раз в прокат вышел, ловите в кинотеатрах) и вот что подумал. А ведь Андрей Натоцинский был до опасного близок к тому, чтобы снять фильм-панегирик. Никто бы его за это не осудил — Наума Клеймана не любить невозможно, так что часовой памятник его очарованию и величию был бы принят тепло. Но это все равно было бы перебором. Как говорит сам заглавный герой, воспитание временем развенчания культа личности заставляет относиться к похвале с опаской. К счастью, у ленты есть и другое измерение, куда более подходящее фильму о жизни в искусстве — это попытка передать кинематографическими приемами геометрию иконографии. Икона ведь не столько про святого, сколько про воспроизводимые вокруг его фигуры символы. Она объединяет в себе частное и вечное, прокладывает мосток между биографией отдельно взятого персонажа и бессмертным миром вокруг него. За час с небольшим вокруг Клеймана выстраивается целый полк гениев и злодеев — и фильм этот в основном о них. Наум Ихильевич же берет на себя скромную, но архиважную роль проводника по вселенной, где все магически взаимосвязано. Написал об этом, походя козырнув в заголовке знанием книжки Джона Берджера.