​​Про обмен Завершилась громкая история с обменом. Уже много было сказано о том, что обменяли патриота-убийцу и шпионов на политзеков, и что обмен неравный (8 отдали России против 16 выехавших из нее); что Россия в нарушение конституции меняет одних своих граждан на других, тем самым признавая, что не все граждане для нее одинаковые. Одновременно с этим высылка из страны презентуется как новый инструмент борьбы. Такой вот он, путинский большой стиль. Все это на поверхности, как и проводимые параллели с историей первого советского обмена на диссидента, когда в 1976 г. из СССР выслали Владимира Буковского, обменяв его на Луиса Корвалана — генсека Коммунистической партии в Чили. За этим последовала череда подобных обменов, в которых советских диссидентов меняли на советских разведчиков, то есть так, как это происходит сегодня. Уже в который раз российские власти стремятся воспроизводить советские практики и в который раз ключевым сходством оказывается именно подражание внешней форме. Ведь Красиков никакой не генсек, нет уже влиятельной коммунистической партии и интернациональной поддержки; нет даже Чили в орбите влияния, то есть прежнее содержание советского уже не доступно. Не осталось ничего и от высокой дипломатии, нет никакого взаимного доверия даже на таком уровне, и вернувшийся Красиков будет вынужден скрываться от западных спецслужб точно так же, как и выпущенные Россией политзеки, которым вслед пожелали «оглядываться и бояться». В этом смысле ничего нового не происходит, и можно ожидать продолжения таких обменов, если, конечно, будет на кого менять. Правда с российской стороны уже не осталось больших фигур, и потому все будет мельчать, еще более отдаляясь от заветного оригинала. Вопрос, который мне кажется важным, заключается в следующем: если Кремль продолжает делать из истории фарс, занимаясь косплеем советской политики, означает ли это, что и оппозиция должна подыгрывать этой драматургии и следовать по пути советских диссидентов, неминуемо проходя через посадки, обмены и эмиграцию? Это не только вопрос стиля и эстетики. Нельзя сказать, что путь советских диссидентов можно считать успешным: будучи заметными в перестройку, они не смогли выдержать борьбу с советской номенклатурой в 1990-е гг. — не оказалось нужного влияния и ресурсов. Да, конечно, у диссидентов был козырь безусловной моральной правоты, но в чем ее смысл, если она не конвертируется ни в какой реальный политический вес? Есть ощущение, что и в этой истории все забудут про то, «кто больше сидел» к моменту, когда этот опыт мог бы потенциально стать политическим капиталом. Так нужно ли продолжать путь советских диссидентов, если даже такие фигуры как Яшин и Кара-Мурза оказались в той же точке, где и русские иммигранты, пришедшие в нее 2,5 года назад, при этом избежав тюрьмы и издевательств? Я не берусь судить личный выбор, но думаю, что теперь уже точно нужно искать что-то новое, больше считаться с реальностью и перестать делать ставку на Манделу. Нужно перестать приносить жертвы и начать заниматься той политикой, которая осталась доступна. Работать с иммигрантами, коих миллионы, ведь это тоже Россия. Быть на связи в медиа с оставшимися, заниматься культурой, поменьше заботиться о гражданах других стран и побольше о своих собственных. Прежде всего, обращаться к оставшимся с протянутой рукой помощи. Все это и есть политика: нет никакой «настоящей» и «ненастоящей» России, потому что Россия это люди, и нужно уже сейчас начать позитивно влиять на их будущее везде, где это доступно. Только так можно создать привлекательную альтернативу, которую, возможно, в какой-то момент получится импортировать и трансформировать во что-то большее. #обмен #яшин #кара_мурза #красиков