В психологии более всего меня занимала социальная часть. То есть, если бы заниматься этой отраслью в отрыве от нейропсихо, то «эффект толпы» и «когнитивная посредственность» стали бы главными предметами изучения. Но). И это так же привело бы меня в нейробиологию, в которой я итак оказалась, ибо инстинкты и возможности мозга, так или иначе, берут свое начало в биологии человека. А нынешние события и в целом происходящее, выпавшее на наши с вами лета, стали бы живой и наглядной лабораторией с кучей научного материала, ибо сил никаких нет на это просто смотреть и молчать. Про иное мнение в разрезе. «К тому же, чуть в какой-либо профессии намечается выдающийся талант, как тотчас же все посредственности этой профессии стараются всякими средствами лишить его возможности заявить о себе, как будто он замыслил покушение на их неспособность, банальность и бездарность. Когда появляется на свете какая-нибудь новая парадоксальная истина, то ей повсюду начинают упорно и постоянно противодействовать, и даже тогда ее отвергают, когда уже колеблются и почти в ней убедились. Между тем, она продолжает в тиши действовать и, как кислота, съедает все вокруг себя, пока не пошатнутся основы: тогда раздается треск, старое заблуждение рушится и внезапно, как обнаженный монумент, воздвигается новое здание мысли среди общего признания и удивления. Конечно, все это совершается обыкновенно весьма медленно». Артур Шопенгауэр