Half-Life в Вавилонской библиотеке: как Борхес повлиял на идеи Valve (а заодно и на Steam?) Наконец-то, спустя много времени — текст, подходящий к актуальным темам недели. Пусть и косвенно. Интернет захлестнула знакомая истерия: игроки ждут объявления третьей части Half-Life, защищаются от потенциального анонса шутками и разочаровываются в связи с распространением слухов. Противоречивые реакции легко понять: за двадцать лет ожидания третья Half-Life стала великим мифом. Игрой, которая самим фактом своего появления неизбежно разочарует всех — потому что впитанные ею за этот срок идеи и надежды попросту невозможно воплотить. Трудно предугадать, выйдет ли третья часть на самом деле. Но ожидание игры, ставшей больше самой себя в мечтаниях игроков — характерная для Valve история. С самого основания студия разворачивала последовательный и грандиозный замысел — с цельным творческим ядром и его отражениями в виде игровых миров, с огромным каталогом виртуальных эйдосов и невероятными технологическими революциями. Я попробую рассказать об этом — и о том, как в подобном видении пути компании замешан Борхес. В книге Raising the Bar описывается история разработки Half-Life — и проект, который Valve планировала до нее и вместе с ней. Этот проект назывался Prospero. Он рассказывал о таинственной героине, называемой Библиотекарем (или Алеф). Алеф блуждала внутри сплава игры и фикшна, посещала странные места и сражалась со своими неудачными клонами, используя пси-способности. Вскоре замысел Prospero развился в мультиплеерную игру, которая могла бы подгружать пользовательские миры с отдельных серверов через встроенную библиотеку. Когда Half-Life начал вырастать из скорлупы квейкоподобного шутера, он перетянул на себя все силы. Prospero был забыт. Но ключевая идея не исчезла. В рассказе «Вавилонская библиотека» вдохновитель магического реализма Хорхе Луис Борхес (чьи идеи питали замысел Prospero — еще на проект повлияла игра Myst), пишет о бесконечной Библиотеке, подобной Вселенной. Библотека состоит из неизвестного числа секций, каждая секция включает ограниченное число книг с ограниченными комбинациями символов. Большинство книг содержат случайную тарабарщину, но в теории библиотека хранит абсолютно все книги, в том числе никогда не существовавшие. Пропавшие труды известных авторов, вывернутые наизнанку близнецы великих сочинений — на полке может лежать любое сплетение символов. Вплоть до трудов о происхождении мироздания, времени и самой Библиотеки. Героиню Prospero зовут Алеф. Таково название другого рассказа Борхеса с похожей идеей — про место, содержащее в себе все возможные пространства. Prospero мог воплотить идею о многопользовательских мирах авторства игроков — их ядром служила бы оригинальная игра. Позже эта идея органично раздвоилась. Миры фанатов воплотились в моддинге обеих частей Half-Life — из которого позднее вышли как Garry's Mod и SFM, так и обретшие собственную жизнь традиции физических песочниц и машиним. А еще — множество оригинальных вещей, от Dark Messiah и The Stanley Parable до G String, Dear Esther и других. Переходы между мирами были переосмыслены в ключевой механике Portal. А универсальным каталогом бессчетного множества игр стала библиотека Steam — эту идею Valve стремилась реализовать с самого начала пути. Также Алеф — некая исходная вселенная Альянса, о которой Уоллес Брин говорит в вырезанных материалах второй HL. Вполне возможно, что Алеф выглядит, как Библиотека из Prospero. Где-то на одной из ее полок должна лежать третья часть Half-Life. А закончим мы цитатой самого Борхеса: «Я утверждаю, что Библиотека беспредельна. Идеалисты приводят доказательства того, что шестигранные помещения — это необходимая форма абсолютного пространства, или, во всяком случае, нашего ощущения пространства. Они полагают, что треугольная или пятиугольная комната непостижимы. Мистики уверяют, что в экстазе им является шарообразная зала с огромной круглой книгой, бесконечный корешок которой проходит по стенам; свидетельст