Кристина Пизанская «Книга о Граде женском» (перевод Натальи Долгоруковой, Ольги Школьниковой, Павла Бычкова; издательство @individuum) Если бы Кристина Пизанская писала сейчас, ее можно было бы обвинить в мизогинии и патриархальных взглядах. Но книга вышла в 1405 году, и если просто держать в голове этот факт, дух захватывает от того, насколько революционной стала эта книга. В ней средневековая женщина рассказывает о достойнейших дамах прошлого и настоящего и размышляет о добродетелях, роли и правах женщины. Разумеется, чтобы женщина могла написать книгу в 1405 году, должны были сойтись все звезды, и то, что было доступно выросшей при дворе французского короля и жене его секретаря Кристине, было совершенно немыслимо для какой-нибудь крестьянки после дня в поле (я так написала, конечно, как будто сейчас это норма). Но даже при всех привилегиях, которые могли тогда быть у женщины, ее книга, – явно критикующая патриархат, – кажется очень смелым, даже дерзкий шагом. В ней к автогероине приходят три дамы: Разум, Праведность и Правосудие. Они поручают Кристине построить город и населить его достойнейшими из достойнейших. Рассказы о каждой жительнице славного града сопровождаются беседой Кристины с дамами. В этих диалогах она спорит с аргументами авторов-мужчин, утверждавших, что женщина слаба, лишена ума и добродетели, неспособна на супружеский верность и поддержку мужа в тяжёлое время. В ответ на каждую такую претензию Кристина делится своими соображениями, а дамы приводят примеры женщин, которые своими поступками опровергают обвинения мужчин. Древнегреческие богини соседствуют здесь с героинями произведений античности и Средневековья, уживаются со святыми во главе с Девой Марией и некоторыми современницами самой Кристины Пизанской. Богинь она примеряет с христианством, представляя их как женщин, существовавших в действительности, но наделенных молвой божественными силами, благодаря их небывалым способностям, – и так объединяет столь разные картины мира. Меня больше всего поразила именно эта идея, пожалуй: неважно, кем ты была, где выросла, в кого верила: значение имеют лишь твои личные качества и поступки, а язычницы заслуживают место в славном граде наравне с христианками. А вот что меня покоробило, так это некоторые истории, в которых ну очень странное на современный взгляд поведение трактуется как добродетельное. Мой фаворит – история Гризельды. За последние пару лет я уже читала ее у Бокаччо (у которого ее и заимствует Кристина Пизанская) и у Чосера, и, казалось бы, на третий раз должна была с ней свыкнуться, но нет: у меня получилось, как в первый 😁. Если коротко: богатый герцог облагодетельствовал браком бедную крестьянку, а после рождения сына и дочери сообщал ей, что подданным не нравятся такие наследники, поэтому их надо убить. Она же, вместо того, чтобы по-крестьянски отлупить его лопатой, смиренно соглашалась, и даже печаль не омрачала ее чело. Нам говорят, что внутри-то она страдала, конечно, но мне это все кажется не добродетелью, а социопатией. Или история еще одной хорошей жены, которая, узнав, что ее муж ей изменяет, не просто не сказала ему ни слова, чтобы его не расстроить (просто what???), и сохранила все в тайне, чтобы не обесчестить его имя, но и еще и денег дала его любовнице после смерти мужа. Но это частные случаи, а в целом я осталась под впечатлением от книги, в которой заложены основы всего того, что я так ценю в феминизме: уважения к женщинам, признания их способностей и возможностей, наделение их субъектностью. #КристинаПизанская #французскаялитература