Иду мимо новостройки, на баннере — «Пространство для жизни». Смотрю на дом: серая коробка, окна в ряд, как ячейки таблицы, двор целиком отдан под парковку. Видимо, «пространство для жизни» — это те сорок квадратов между потолком и ипотекой. Каждый ЖК сейчас называется так, будто его нарекали эльфы на совете в Ривенделле. «Изумрудный парк». «Алые паруса». «Сердце столицы». Стоишь перед этим «Изумрудным парком» — а там два полумёртвых куста и шлагбаум, который работает через раз. Я маркетолог, и мне иногда за нас стыдно. Потому что всё это работает. Люди покупают не квартиру — они покупают название в адресе, красивую картинку будущего, которое никогда не наступит ровно в том виде, как на рендере. Сам живу в сталинке. Не в той, распиаренной, с высокими потолками и духом эпохи — обычная московская шестиэтажка, безымянная, без концепции. Просто дом. Никакого «пространства», никаких «парусов». И знаешь, это как-то успокаивает. Дом не обещал мне ничего лишнего — и не обманул.