Информационный повод: Музей памяти о жертвах геноцида откроется на месте Музея ГУЛАГа в этом году. В его стенах будут рассказывать о жертвах преступлений нацистов во время Великой Отечественной войны. После закрытия Музея ГУЛАГа в ноябре 2024 года из-за якобы нарушения правил пожарной безопасности — сегодня стало известно об открытии на его месте Музея памяти с руководителем Натальей Калашниковой (главой музея «Смоленская крепость») Не мог пройти мимо, так как искренне считал закрывшийся музей одним из лучших музеев Москвы. В рамках новой экспозиции нацизм интерпретируется как абсолютное внешнее воздействие. Это приводит к специфическому стиранию самой идеи нацизма как политической и идеологической патологии, способной к внутренней инкубации. Если нацизм - это исключительно внешний враг, то любой акт противостояния внешнему врагу автоматически становится антинацистским. Но отвлечёмся на Фрейда... В работе По ту сторону принципа удовольствия Фрейд описывает живой организм как “упрощенную везикулу”, окруженную защитным экраном (Reizschutz). Этот экран предназначен для фильтрации чрезмерных внешних стимулов, которые в противном случае могли бы разрушить психическую структуру. Фрейд проводит четкое различие между внешним стимулом (Reiz) и внутренним влечением (Trieb). Внешний стимул воздействует однократно и от него можно уклониться или защититься с помощью экрана. Внутреннее же влечение действует непрерывно изнутри организма, и от него невозможно убежать. Психоанализ как метод направлен на работу именно с внутренней причинностью страдания, а не с внешними факторами. Согласно Фрейду, внешний слой везикулы под воздействием стимулов постепенно отмирает и становится неорганическим, защищая внутренние живые слои. Так в случае невроза, память о травме становится таким ороговевшим слоем догмы, который защищает невротика от живой и болезненной памяти о собственных ошибках. Внешняя угроза позволяет связать свободную психическую энергию тревоги, направив её на конкретный внешний объект. Тревога же, связанная с внутренними причинами, остается несвязанной и диффузной, что гораздо более мучительно для организма. И вот замена одного музея другим словно воспроизводит классический процесс формирования невроза. В психоаналитической теории симптом является компромиссным образованием, которое замещает вытесненное влечение. Невроз возникает тогда, когда Эго пытается справиться с внутренним конфликтом, заменяя “внутреннюю причинность страдания” травматической историей. Невротик склонен объяснять свои текущие неудачи прошлыми внешними травмами, чтобы избежать признания собственной ответственности или внутренних противоречий. Такое замещение превращает активную работу горя в пассивную фиксацию на травме. Если ГУЛАГ требовал от субъекта (нации) внутренней трансформации и покаяния, то геноцид требует лишь ненависти к врагу и сочувствия к себе. Это ведет к стагнации психического развития и укреплению жестких защитных механизмов. Фрейд ввел понятие навязчивого повторения для описания стремления психики вновь и вновь возвращаться к травматическому опыту. Лакан в 14 Семинаре объясняет суть повторения: повторяется то, что не может быть записано. Музей - это одна из коллективных способов записи коллективной травмы. Важно, ибо это территория, на которой и сам невольно можешь оказаться жертвой. Это комментарий не по поводу создания нового музея, а по поводу динамики, когда на место одного - приходит другое. Музей памяти жертв геноцида, безусловно, будет выполнять важную функцию фиксации нацистских преступлений, которые не имеют срока давности. Однако его появление в результате ликвидации Музея ГУЛАГа воспроизводит то, что Фрейд называл экранной памятью. Вместо того чтобы быть дополнением к сложной картине прошлого, он становится средством его упрощения и сокрытия наиболее болезненных зон. В конечном итоге, попытка защититься от внутреннего путем абсолютизации борьбы с внешним может привести к тому, что само общество окажется беззащитным перед лицом тех самы