Сегодня утром вычитал у Сергея Аверинцева термин «хронологический провинциализм». Я в восторге. Концепцию он прикурил у английского писателя и теолога Клайва С. Льюиса, который вместе с Оуэном Барфилдом называл это «хронологическим снобизмом». Концепция раскрывает опасное когнитивное искажение, при котором человек некритично принимает интеллектуальный климат своей эпохи. Ему кажется, что если идея устарела — она автоматически дискредитирована. Слово «провинциализм» работает как идеальная метафора. Географический провинциал искренне верит, что правила, привычки и мода его маленькой деревни — это абсолютная норма, а все остальное — дикость. Хронологический провинциал делает то же самое, но в измерении времени: он считает свою (текущую) эпоху вершиной человеческого развития, а людей прошлого — наивными или глупыми. Однако замыкание в современности ведет к деградации мышления. Так как у каждой эпохи есть свои слепые пятна. Читая только современников, мы лишаемся точки опоры, чтобы увидеть собственные массовые заблуждения. Без исторического контекста любой кризис или тренд кажется беспрецедентным апокалипсисом. Ум становится реактивным и легко поддается панике так как не имеет возможности мыслить масштабно. Без доступа к многовековому опыту мы пытаемся решать фундаментальные проблемы (что есть добро, справедливость, смысл) крайне скудным набором современных инструментов. И разумеется у нас ничего не выходит. Чего стоит риторика «Как можно допускать это в XXI веке?». Мы ошибочно проецируем эволюцию технологий на этику: раз смартфоны лучше дисковых телефонов, значит, наше понимание бракоразводного процесса автоматически глубже, чем у Фомы Аквинского. Новейшая моральная концепция считается превосходящей просто по факту своей новизны. Это классический пример хронологического провинциализма. Так же убеждение, что реальным является только то, что можно эмпирически измерить, доказать экспериментально или свести к нейробиологии. Все остальное (метафизика, мифология, теология) считается в лучшем случае субъективными чувствами, в худшем — «ранними стадиями науки», от которых МЫ уже давно избавились. Это просто бесподобно. Современный человек смотрит на древнего, видевшего в грозе присутствие божественного, и говорит: «Он был глуп, это просто атмосферное электричество». Однако глуп и современный человек, который потерял способность считывать многомерный смысл и оставил себе только сухую механику факта. Этот же человек сводит любовь к всплеску окситоцина, а мораль — к эволюционному механизму выживания приматов. Современный ум провинциально отсекает огромные пласты реальности, в которых жили тысячелетиями лучшие умы человечества. Главной целью жизни признан психологический комфорт и избегание травм. Любая концепция объективного долга, иерархии или самоограничения теперь клеймится как «токсичная» и «репрессивная». Вот такое вот начало дня!