Как и обещал, основные моменты, в которых #я_так_и_обомлел из первой части «Распознаваний»: …он шатко стоял в холодных спутанных слогах, почти составившихся в ее имя, словно мог вспомнить и призвать обратно времена до того, как смерть вошла в мир, до трагедии, до волшебства и до того, как волшебство отчаялось и стало религией. В таверне он <…> впал в привычку рассказывать со знанием дела о неизвестных собутыльникам людях или местах, отчего кое-кто заподозрил его в чтении. Над ними экзотичной и незваной высилась сама тема разговора, даруя утешение гротеска. …умение читать приостановилось в ее пустом взгляде, слоги оставались обнажёнными, безнадежно сосуществующими. Пока проходили минуты, это место приобретало свойство любой тихой комнаты в дождливый зимний день, комнаты, отрезанной от всего, что допускают солнце и открытые окна, и в которой даже музыка — это дополнительная мебель, служащая, чтобы, скорее, упорядочивать тишину, чем нарушать её, усиливая впечатление, будто комната не вернётся в мир, пока не заключит в себе своё назначение. Отто, державшему ее тонкое запястье, было странно: будто Эсме могла отдать всё и не потерять ничего, ибо берущий обнаружит, что она не отдала ничего; разорив её, разоритель обнаружит себя с пустыми руками, а она по-прежнему будет безмолвно предлагать. — Верный искусству, так сказать? — Верный… да, это как сказать «верный своему раку».